В гостях у программы «Утро в Петербурге» Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук.
Николай Растворцев, ведущий: «Hапиши мне письмо, хоть две строчки всего, чтобы я иногда прочитать мог его». Эта песня XX века в XXI столетии звучит как призыв, который, кажется, услышан. По данным исследований, спрос на конверты, марки и красивые письменные принадлежности в нашей стране вырос более чем на 300%. Люди самого разного возраста снова пишут письма от руки друзьям, родным и даже едва знакомым людям из соцсетей.
Анна Смирнова, ведущая: Вне зависимости от того, ностальгия это или новый тренд, сам по себе почерк – это не просто способ передать информацию, это своеобразный отпечаток мозга, код нашей личности. Что можно прочесть между строк и как цифровая эпоха меняет наш почерк, возможно, даже нас самих? Этот бумажный бум – это какой-то протест против цифровизации или глубинная потребность человека в тактильном общении?
Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук: Я бы не сказал, что это бумажный бум. Дело в том, что, скорее всего, с приходом цифровой экономики, которая сегодня нас буквально поглотила, а тем более искусственного интеллекта, мы не просто редко пишем, мы вообще не пишем. Подпись, к счастью, осталась как такой оттиск, который мы всё-таки оставляем. Студенты ещё пишут конспекты, мы иногда пишем письма. Письма пишем редко, но, когда мы пишем или ставим подпись, мы фиксируем себя таким, какими мы есть на этот момент. Роль графолога заключается в том, чтобы взять ваш почерк, взять подпись, посмотреть и объяснить, в каком состоянии вы были в этот момент. Если, допустим, возникает вопрос: подпись ваша или не ваша, не пытались ли вас где-то подставить или подделать подпись, графолог объясняет, что, возможно, это ваша подпись, возможно, нет, но вы были в определённом состоянии. Это очень важно. В судебных разбирательствах это может сыграть определённую роль. Если говорить о практике использования графологии, это наука о том, что мы пишем, что мы себе оставляем. Перспективу графологии как науки можно проследить на примере того, что сегодня она используется при подборе кадров. Вопрос подбора кадров стал иным по необходимости нашего цифрового общества.
Николай Растворцев, ведущий: А это этично? Нормально ли, как вы считаете, что к личным качествам и заслугам добавляется пункт «напишите», а потом это отдают графологу?
Анна Смирнова, ведущая: Насколько это надёжно?
Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук: Что касается этики, она здесь присутствует, потому что графолог работает в рамках такта. Невозможно сказать человеку обидные вещи, если он не готов это слышать. Когда человек хочет узнать о ком-то, например, насколько люди подходят друг другу, важно прежде всего разобрать самого человека и понять, насколько он соответствует другому.
Николай Растворцев, ведущий: Давайте напишем какую-то фразу, и вы прокомментируете.
Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук: Вы написали в определённом состоянии, рассчитывая, скорее всего, на то, что о вас скажут только хорошее. Что касается Анны, у неё больше мужского начала в характере: решительность, принципиальность, упрямство. Что касается Николая, здесь больше прослеживается женское воспитание, мамино влияние. Вас воспитывали в требовательности. Это сказалось и там, и там. В работе вы дополняете друг друга, но иногда Николаю приходится считаться с характером Анны.
Николай Растворцев, ведущий: А автографы могут дополнить сказанное?
Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук: Автографы очень показательны. Чем больше читаемых букв, тем более человек открыт в этот момент. Округление – знак того, что человек интуитивно показывает: я вас организую, под моим крылом никто не пропадёт. Но при этом с вами нужно считаться и долго советоваться, потому что идей много, и вас важно выслушать. У Анны сразу проявляется решительность. Это человек, который долго объяснять не будет. Сказала – значит, так и будет. Здесь больше жёсткости и принципиальности. Насколько это хорошо или плохо, вопрос отдельный, но вместе вы хорошо дополняете друг друга. Анна менее открыта, чем вы, и это связано с пережитыми стрессами.
Николай Растворцев, ведущий: На протяжении жизни меняются обстоятельства, люди и автографы. Мы собрали подписи Наполеона Бонапарта в разные периоды жизни. Что они показывают?
Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук: Первая подпись читаемая, с подчёркиванием. Это знак заявления о себе: «Дайте мне время, я докажу». Вторая подпись – уже генерала, другая психосоматика, усиленное подчёркивание. Третья – подпись императора: уязвимая, без указания имени, словно «догадайтесь сами». Поход на Москву – неудача, полное смятение, росчерк как знак внутреннего хаоса. Последние подписи – уже без стремления что-то доказывать, просто знак состояния.
Николай Растворцев, ведущий: То есть по почерку можно увидеть глубинные психологические моменты?
Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук: Есть приём, который упоминал Лев Николаевич Толстой. Человек – это дробь. Верхняя часть подписи показывает, каким он хочет быть для других, нижняя – каким он является внутри. По подписи можно увидеть здоровье, коммуникабельность, склонность к одиночеству. Такие люди готовы делиться, но часто чувствуют внутреннюю пустоту.
Николай Растворцев, ведущий: Ручку откладывать в сторону не стоит?
Владимир Кравченко, графолог, профессор гуманитарного факультета ГУАП, доктор философских наук: Писать нужно. Чем больше читаемых букв, тем больше смысла человек вкладывает в себя. Графология сегодня применяется в юриспруденции, медицине, профориентации. При работе со студентами важно показать, куда человеку ближе идти. Гуманитарии пишут одним образом, люди с конструктивным мышлением – другим. В этом и есть ценность анализа почерка.
