В гостях у программы «Утро в Петербурге» Алексей Кашевник, старший научный сотрудник Лаборатории интегрированных систем автоматизации Санкт-Петербургского Федерального исследовательского центра РАН, к. т. н.

Николай Растворцев, ведущий: Замечали ли вы, как порой меняется настроение за рулем? Кто-то спокойно пропускает пешеходов, а кто-то раздражается, сигналит, руками машет, гудит, угрожает, учит, как надо ездить.Мы не всегда способны понять эмоции соседей по пробке, а вот автомобили могут научиться этому раньше нас. Именно петербургские ученые сделали шаг к этому будущему, они разработали метод, который позволяет оценивать эмоциональный профиль водителя до, во время и после маневров. Как ваша система «видит» эмоции водителя, что фиксирует и какие данные считывает по мимике и поведению?

Алексей Кашевник, старший научный сотрудник Лаборатории интегрированных систем автоматизации Санкт‑Петербургского Федерального исследовательского центра РАН, к. т. н.: Мы используем обычную камеру — например, в телефоне или отдельном устройстве — и с её помощью определяем эмоции водителя. Ключевое отличие нашей системы от других разработок в том, что мы привязываем эмоции к конкретным манёврам транспортного средства: повороту направо или налево, развороту, ускорению, замедлению. В зависимости от манёвра у водителя могут возникать разные эмоциональные состояния — и мы строим эмоциональный профиль именно в эти моменты.

Людмила Ширяева, ведущая: Вы анализировали данные более чем 300 часов записей от 42 водителей. На какие группы удалось разделить водителей и что оказалось неожиданным?

Алексей Кашевник, старший научный сотрудник Лаборатории интегрированных систем автоматизации Санкт‑Петербургского Федерального исследовательского центра РАН, к. т. н.: Данные мы кластеризовали на три основных типа. Первый — эмоционально‑агрессивные водители: у них во время манёвров заметно повышаются гнев и удивление. Второй — спокойные водители: именно таких чаще всего хотят видеть в корпоративных автопарках, такси и логистических компаниях. Третий — эмоционально‑депрессивные: у них в момент манёвра преобладают страх и грусть, например, появляется ощущение «опять нужно поворачивать». Радость в этих данных практически отсутствует, зато страх встречается регулярно.

Николай Растворцев, ведущий: Можно ли сопоставить конкретные манёвры с уровнем стресса? Например, разворот чаще вызывает стресс, чем движение по прямой в пробке?

Алексей Кашевник, старший научный сотрудник Лаборатории интегрированных систем автоматизации Санкт‑Петербургского Федерального исследовательского центра РАН, к. т. н.: Сами манёвры мы не кластеризуем: в городском движении водителю в любом случае приходится выполнять все типы манёвров. Но мы исследуем идею, как использовать эмоциональную реакцию на манёвр в связке с навигацией. Например, если известно, что конкретный водитель стрессует на разворотах, система может подбирать для него маршруты, где такие манёвры исключены или сведены к минимуму.

Людмила Ширяева, ведущая: Получается, водителя можно перевести на другой маршрут, чтобы снизить нагрузку и сделать поездки безопаснее?

Алексей Кашевник, старший научный сотрудник Лаборатории интегрированных систем автоматизации Санкт‑Петербургского Федерального исследовательского центра РАН, к. т. н.: Да. Если один маршрут включает частые развороты, а другой — нет, и водитель именно на разворотах испытывает стресс, логичнее назначить его на маршрут без таких манёвров. Это не обязательно «более спокойный» маршрут в общем смысле, но он лучше подходит конкретному водителю с учётом его эмоциональной реакции.

Людмила Ширяева, ведущая: Как система отличает «безопасную» флегматичность от опасной сонливости или внезапного срыва из‑за экстренной ситуации? Ведь спокойный, но вялый водитель тоже может быть рискованным.

Алексей Кашевник, старший научный сотрудник Лаборатории интегрированных систем автоматизации Санкт‑Петербургского Федерального исследовательского центра РАН, к. т. н.: Мы не оцениваем общий эмоциональный фон водителя — у кого‑то он изначально флегматичный, у кого‑то — агрессивный, и это нормально. Нас интересует резкий всплеск эмоций именно во время манёвра, потому что манёвр — это момент повышенного риска для всех. Даже у спокойного водителя может резко вырасти уровень гнева или стресса в конкретной ситуации, и именно это мы фиксируем. По таким всплескам можно судить о потенциальной опасности.

Николай Растворцев, ведущий: Вы сами тестируете эти технологии на себе. Есть ли простые советы, как водителю быстро справиться с сонливостью за рулём?

Алексей Кашевник, старший научный сотрудник Лаборатории интегрированных систем автоматизации Санкт‑Петербургского Федерального исследовательского центра РАН, к. т. н.: Поскольку мы занимаемся мониторингом состояния водителя больше 10 лет, многие решения я проверяю на себе. Если чувствуется сонливость, помогают простые приёмы: сделать в салоне прохладнее, включить музыку погромче, открыть окна и впустить свежий воздух. В тёмное время суток помогает включение салонного света: за счёт изменения освещённости зрачки активнее реагируют, и сонливость ненадолго уходит.