В гостях у программы «Утро в Петербурге» Артемий Куприянов, адвокат.
Николай Растворцев, ведущий: С 1 октября самозанятым на платформах начали считать часы. Что поменялось, если говорить по‑простому?
Артемий Куприянов, адвокат: Внедрилась система подсчёта. Раньше критерий того, насколько взаимоотношения с самозанятым систематичны, носил оценочный характер, теперь появились чёткие критерии: 60 часов в месяц, причём это должно происходить 6 месяцев подряд. Если, например, в каком‑то месяце — 40 часов, в каком‑то — 80, в каком‑то — 50, систематичности уже не наблюдается. Стоит отметить, что критерий по часам и продолжительности со временем, судя по всему, будет меняться: он устанавливается постановлением Правительства Российской Федерации, и через несколько лет Правительство может его скорректировать — как он поменяется, покажет практика.
Людмила Ширяева, ведущая: Сегодня 60 часов в месяц на протяжении полугода — это много, мало или некая средняя величина? И кого это реально может коснуться?
Артемий Куприянов, адвокат: На мой профессиональный взгляд, это мало. Нововведения прежде всего коснутся репетиторов и фитнес‑тренеров: у таких специалистов зачастую есть постоянные клиенты, с которыми они действительно часто занимаются. При этом нововведения по факту ограничивают для таких самозанятых возможность работать с постоянными клиентами и побуждают уходить с платформы — в том числе в тень. Возникает вопрос, насколько полезно такое нововведение.
Николай Растворцев, ведущий: Допустим, лимит превышается. Что происходит с самозанятым и с тем, кому он оказывает услугу? Это блокировка, штраф? Через какое время можно снова работать с постоянными клиентами?
Артемий Куприянов, адвокат: Основная ответственность ложится не на самозанятого, а на оператора онлайн‑платформы, через которую оказываются услуги. Задача оператора — ограничить доступ самозанятого к такому заказчику. Штрафные санкции предусмотрены не для самозанятого, а для самого оператора платформы, если он не выполнит это требование: для него наступит административная ответственность. Самозанятый не понесёт финансовых потерь, кроме потери заказчика, но доступ к нему будет ограничен — чтобы лимит обнулился.
Людмила Ширяева, ведущая: Для тех, кто работает вне этих платформ, даже как самозанятый, ничего не меняется: те же лимиты, проценты, налоги?
Артемий Куприянов, адвокат: По большому счёту, да. При этом возникает вопрос, насколько это выгодно владельцам онлайн‑платформ: нововведения во многом побуждают самозанятых уходить с площадок и предлагать заказчикам работать вне онлайн‑площадки. При этом самозанятый в любом случае будет платить налоги и выбивать чеки через приложение «Мой налог», а платформа может потерять клиентов.
Николай Растворцев, ведущий: Как самозанятому понять, что его работа начинает быть похожей на работу по найму, если он стремится к постоянству — в том числе финансовому?
Артемий Куприянов, адвокат: Здесь упускают из виду другие критерии признания отношений трудовыми. Отношения носят трудовой характер, если у лица, позиционирующего себя как самозанятого, есть чёткий график, обязательные требования от заказчика, который по факту является работодателем, штрафные санкции за опоздания и тому подобное. Если такие критерии имеют место, можно говорить, что отношения в действительности трудовые. Важный комментарий: Минэкономразвития внесло законопроект, пока не рассмотрен по существу, о корректировке правила работы с одним и тем же заказчиком — его предлагается распространить только на заказчиков со статусом ИП или юридического лица. Как правило, именно такие коммерческие заказчики подменяют трудовые отношения отношениями с самозанятыми.
