В гостях у программы «Утро в Петербурге» Софья Урун, директор Института народов Ссевера РГПУ им. А. И. Герцена.
Василий Киров, ведущий: Евангелие теперь доступно на чукотском, эвенском, нанайском, корякском и других языках коренных народов Севера. Над переводами учёные работали с 1995 года. При этом большинство представителей этих народов хорошо владеют русским языком. Зачем нужен перевод Библии на родные языки?
Софья Урун, директор Института народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена: Да, коренные малочисленные народы Севера, Сибири и Дальнего Востока, их в официальном перечне — 40, действительно свободно пользуются русским языком, учатся на нём в школах. Но родные языки при этом сохраняются — например, достаточно устойчиво функционируют языки ненцев, эвенов, чукчей, долган. Наличие языковой среды и развитие литературы на родном языке напрямую помогают его сохранять. Для языков, находящихся под угрозой исчезновения, перевод священных текстов — это ещё и научный эксперимент: он позволяет развивать лексику, фиксировать нормы и пробуждать интерес у молодёжи.
Ксения Бобрикова, ведущая: Коренные народы Севера познакомились с христианством ещё в XVII веке. Насколько сегодня среди них распространено христианство, и не является ли перевод скорее культурологическим проектом, чем миссионерским?
Софья Урун, директор Института народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена: Христианизация Севера началась в XVII веке вместе с продвижением русских первопроходцев; при этом она не была насильственной — существовали царские указы, предписывавшие только добровольное крещение. Позже, при Петре I, появились указы, связанные с унификацией управления, но они одновременно дали импульс развитию грамотности: стали открываться первые школы, представители народов Севера учились писать, в том числе челобитные на русском языке. Сегодня у многих северных народов сложился религиозный синкретизм — сочетание христианских представлений с традиционными верованиями.
Василий Киров, ведущий: Как это сочетание традиций отражается на самом процессе перевода? С какими трудностями столкнулись лингвисты и богословы?
Софья Урун, директор Института народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена: Перевод оказался сложным по нескольким причинам. Во‑первых, сами евангельские тексты объёмны; чаще всего в рамках проекта переводили Евангелие от Луки — оно компактнее и при этом хорошо передаёт библейские сюжеты. Кроме того, выходили притчи и адаптированные рассказы о Христе для детей. Во‑вторых, многие христианские термины например, «алтарь», «мессия», «покаяние», «смирение» сами по себе непросты даже для православного читателя, а в языках Севера не было устоявшихся эквивалентов. Переводчики опирались на уже существующую мифологическую картину мира: например, понятие «бог» нередко соотносили с образом «хозяина верхнего мира», который был в традиционных представлениях. Тем не менее с богословской точки зрения донести христианские идеи было непросто из‑за иных представлений о мирах и «тонком мире», а также, например, о множественности душ и их посмертной судьбе.
Ксения Бобрикова, ведущая: А как воспринимают эти переводы сами носители языков? Используются ли они в богослужениях?
Софья Урун, директор Института народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена: На сегодняшний день богослужения на родных языках практически не ведутся — этому мешают в том числе фонетические особенности языков. Но интерес к христианству у северян есть: в стойбищах и чумах нередко обустраивают «красный угол», особо почитают Николая Угодника как покровителя путешествующих. Кочевые народы, постоянно находящиеся в пути, особенно остро ощущают потребность в защите и покровительстве, поэтому охотно принимают иконы и приобщаются к христианским традициям.
Василий Киров, ведущий: Вы упомянули иллюстрации в изданиях. В чём их особенность?
Софья Урун, директор Института народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена: Иллюстрации специально адаптировали, чтобы сделать сюжеты ближе и понятнее носителям культуры. Например, в издании на долганском языке, оно вышло при поддержке фонда «Православная инициатива», вход Иисуса в Иерусалим изображён не на ослике, а верхом на олене; сцены проповеди помещены внутрь чума, а персонажи одеты в национальные костюмы. Такая визуальная адаптация помогает лучше воспринимать содержание. Кстати, похожий подход использовали итальянские художники эпохи Возрождения: они изображали библейские сцены в современных им костюмах и на фоне итальянских пейзажей.
Ксения Бобрикова, ведущая: Сколько времени заняла работа над переводами, и каковы дальнейшие планы?
Софья Урун, директор Института народов Севера РГПУ им. А. И. Герцена: Работа продолжалась около 30 лет — это большой объём, учитывая количество языков и необходимость сочетать лингвистическую точность с богословской корректностью. Переводчики проходили специальную подготовку и тесно сотрудничали с богословами, которые проверяли и корректировали тексты. Планы на будущее включают перевод остальных Евангелий, от Матфея, Марка и Иоанна. Основная идея всего проекта — подчеркнуть единство народов России: универсальные духовно‑нравственные ценности, отражённые в Библии, служат общим культурным ориентиром.
