В гостях у программы «Утро в Петербурге» Ольга Русанова, психолог.
Василий Киров, ведущий: Мы вышли на улицы города и спросили у петербуржцев, что они делают, когда у них падает настроение.
Людмила Ширяева, ведущая: Главное – когда хочется поплакать, то есть поныть. Дело в том, что в сети набирает популярность такая услуга, как «нытинг», когда незнакомый человек выслушивает ваши жалобы на начальника, соседей, погоду, жизнь в целом – без советов, без «возьми себя в руки», без мотивационных цитат. Просто слушает и кивает. Не бесплатно, конечно.
Василий Киров, ведущий: Многие говорят: «Наконец-то честная услуга, никакого лицемерия». В мире, где нас заставляют мыслить позитивно и достигать целей, разрешить себе просто поныть – почти целая революция.
Людмила Ширяева, ведущая: Но психологи предупреждают: за этой безобидной историей может скрываться ловушка. Сейчас разберёмся, как в неё не попасть. Вы с утра уже успели кому-то поныть? Или, может быть, вам кто-то?
Ольга Русанова, психолог: Конечно, не без этого. Я вообще нытик со стажем.
Василий Киров, ведущий: Насколько важно человеку выливать эту эмоцию другому человеку, действительно просто по-человечески поныть? Почему для этого понадобились какие-то незнакомые люди? Мне кажется, друзья на кухне или по телефону всегда были для этого нужны.
Ольга Русанова, психолог: Да, вы правы, раньше было так. Но сейчас мы живём немножко в другую эпоху. Мы живём в эпоху одиночества в толпе. У нас бесконечное количество друзей в соцсетях, нам ставят лайки, у нас постоянные чаты. Но по-хорошему посидеть на кухне и с кем-то пообщаться у людей просто нет на это ресурса.
Василий Киров, ведущий: А зачем ныть? Зачем жаловаться?
Ольга Русанова, психолог: Давайте представим скороварку. Если не выпускать пар, её просто разорвёт. Нужно сбрасывать эмоциональное давление. Это было всегда. Мы в дружеских беседах могли что-то рассказать, могли поныть друзьям, знакомым, родственникам. Просто сейчас у людей нет на это времени и ресурса.
Людмила Ширяева, ведущая: А где та граница, где польза заканчивается и начинается патология? Мне кажется, человек может даже, выражаясь современным языком, подсесть на эту услугу и на такое безличное общение, когда ты ноешь незнакомому человеку.
Ольга Русанова, психолог: Здесь вы абсолютно правы. Вы очень точно подметили. Когда это разовый выброс негатива, который у всех нас накапливается, – это хорошо, это нормально. Сбросили напряжение – стало легче. Поэтому эта услуга и процветает, потому что людям реально становится легче. Но если использовать её как гигиеническую процедуру, то есть регулярно ходить к специалисту по нытингу, наш мозг формирует такой деструктивный фильтр. Мы просто меняем фокус внимания. Наш мозг и так по своей природе старается обеспечить нам выживание, поэтому выхватывает негативные моменты и опасности из нашей жизни. А так он будет постоянно готовиться. Вместо вопроса «Что меня окружает?» он будет задавать вопрос: «На что мне сегодня ещё пожаловаться?»
Василий Киров, ведущий: То есть видеть негатив в большей степени?
Ольга Русанова, психолог: Естественно.
Василий Киров, ведущий: А такой нытинг альтернативен или равен походу к психологу?
Ольга Русанова, психолог: Да. Понимаете, нытинг как раз создаёт разрушение социальных навыков. Потому что реальный живой человек сложный. Даже когда вы рассказываете кому-то на кухне о своих проблемах, кто-то может зевнуть от скуки или перебить. А психолог может задать вопрос: «А что ты с этим планируешь делать? Как ты будешь с этим разбираться?» Это уже становится болезненно. А когда тебя безоценочно слушают, поддакивают и говорят: «Да, ты попал в такую несправедливую ситуацию, тебе очень тяжело». Всё на этом заканчивается.
Людмила Ширяева, ведущая: То есть пока делаем такой промежуточный итог. Нытинг – это хорошо, но только как одноразовая акция. Делать это постоянно мы ни в коем случае не рекомендуем. А можно ныть на кухне бабушке, например, раз в недельку?
Ольга Русанова, психолог: Можно, но здесь должно быть обоюдное согласие. Очень важно сразу обозначить свою цель. Знаете, почему напрягаются друзья и родственники, когда мы приходим к ним поныть? Потому что они не понимают, что с этим делать. Происходит такой перенос ответственности. Человек слушает и думает: «Боже, он принёс мне это, значит, я должен дать совет или что-то с этим сделать». И появляется напряжение. Нужно приходить и говорить: «Слушай, мне сейчас так трудно. Можно я тебе расскажу, что у меня происходит? Тебе не надо ничего с этим делать, я сам справлюсь. Просто дай мне высказать свои чувства». Тогда человек выдыхает: «Фух, слава богу, ничего делать не надо». И просто слушает.
Людмила Ширяева, ведущая: А если нас об этом не предупредили, то как правильно реагировать человеку, которому ноют?
Ольга Русанова, психолог: Не бояться задать вопрос: «Слушай, ты мне это рассказываешь, потому что ждёшь моей помощи или совета? Или ты просто хочешь, чтобы я тебя послушал?» Самое главное – мы очень часто подменяем понятие эмпатии. Когда друг говорит, что у него болит нога, и у нас тут же начинает болеть нога – это не эмпатия. Здоровая эмпатия – это когда мы понимаем, что человеку трудно, что у него болит нога, но при этом наша нога болеть не начинает. Мы к этому не имеем отношения.
Василий Киров, ведущий: А может быть, вообще запретить себе жаловаться и мыслить более позитивно?
Ольга Русанова, психолог: Мужская позиция, очень деловая. Но это тоже деструктивный вариант, потому что сбрасывать негатив нам обязательно нужно.
Василий Киров, ведущий: То есть нужно конструктивно сбрасывать негатив?
Ольга Русанова, психолог: Да, конструктивно сбрасывать и искать решение проблемы. Но не формировать в себе состояние жертвы, когда мы жалуемся всё время и уже коллекционируем обиды: «Кто меня ещё обидел? Что ещё плохого со мной произошло?» И постоянно идём к специалисту по нытингу, варясь в этих обидах.
Василий Киров, ведущий: А если нытинг не помогает? Человек ноет, жалуется, а становится только хуже. Всё больше видит негатив вокруг.
Ольга Русанова, психолог: На самом деле, если человек склонен к руминациям, ему категорически нельзя ходить к специалисту по нытингу. Потому что он не выпускает пар, а начинает ещё сильнее вариться в этом состоянии. Он проваливается в роль постоянной жертвы, и возникает такая деструктивная привычка, как выученная беспомощность.
