В гостях у программы «Утро в Петербурге» Юрий Светов, политолог, публицист, сопредседатель Санкт-Петербургской региональной коллегии большого жюри Союза журналистов России.

Мария Новикова-Охонская, ведущая: Сегодня, 22-го июня, мы вспоминаем день, который разделил историю страны на до и после. Ко Дню памяти и скорби в Музее журналистики, в Доме журналиста, открывается выставка о работе ленинградских СМИ в самое тяжёлое для страны время.

Тимофей Зудин, ведущий: Это возможность посмотреть на историю через профессию человека, который не просто фиксирует события, но и помогает обществу не потерять опору в самые сложные времена.

Мария Новикова-Охонская, ведущая: Сегодня, спустя 85 лет после начала Великой Отечественной войны, 22-го июня 1941-го года мы воспринимаем, безусловно, как дату очень важную, но уже объективно далёкую. Как выставка позволяет прочувствовать именно тот день, 22-го июня 1941-го, когда никто ещё не знал, какой долгой и страшной будет эта война?

Юрий Светов, политолог, публицист, сопредседатель Санкт-Петербургской региональной коллегии большого жюри Союза журналистов России: Мы как раз выставку и делали для того, чтобы посетители увидели реакцию общества, реакцию ленинградцев на это событие. Это был выходной день. Газета «Ленинградская правда» сделала экстренный выпуск. Там заголовок газеты, а справа небольшая колонка, и в ней прозвучали слова: «Наше дело правое. Победа будет за нами». В этом ключе журналисты и работали. Во всех ленинградских газетах была реакция людей, рассказ о митингах – спонтанных или организованных, заявления, которые люди подавали, уходя добровольцами в армию. Вот этот всенародный порыв журналисты и подхватили. Люди должны были понимать, что они не одиноки в своём желании отстаивать Родину. Во всех этих газетах это звучало. Я бы сказал, что язык немножко изменился, стало меньше пафоса. Хотя, конечно, он был. Но больше был вопрос: «Как нам выстоять, как нам победить?»

Тимофей Зудин, ведущий: Если внимательно читать газеты тех дней, что современного человека в них больше всего поражает? Это язык, которым они написаны, интонации, факты, которые приводятся, или то, как быстро меняется ощущение времени и восприятие событий?

Юрий Светов, политолог, публицист, сопредседатель Санкт-Петербургской региональной коллегии большого жюри Союза журналистов России: Наверное, главное действительно интонация. Многие люди задавали себе вопрос: «А что я могу сделать в это время?» Они именно об этом говорили, общаясь с нашими коллегами-журналистами. Это звучало в самых разных высказываниях и на митингах. Второй вопрос – о работе, о том, что для победы можно сделать. У нас было много предприятий, которые работали на оборону. Взять Кировский завод, который производил танки. Они сумели, не останавливая производство, всё это делать, и газеты подхватывали. У нас же на выставке представлены не только городские газеты – «Смена», «Ленинградская правда», но и многотиражные газеты: «Ижорец», «Молот завода имени Сталина», «Балтиец». Это те, кто говорил о том, что происходит непосредственно на предприятиях, как люди на это реагируют, что и как они делают.

Мария Новикова-Охонская, ведущая: Что такое многообразие говорит нам о жизни в самом городе? Какую роль играла журналистика в ту пору для ленинградцев?

Юрий Светов, политолог, публицист, сопредседатель Санкт-Петербургской региональной коллегии большого жюри Союза журналистов России: В блокадные годы было три канала, через которые люди узнавали информацию. Это газеты. Ленинградские газеты только один раз за всю блокаду не вышли, потому что не было в городе электричества. Потом был издан приказ, по которому хлебозаводы и типографии должны были получать электроэнергию всегда. Это радио. Радио сыграло огромную роль. За годы Советской власти были радиофицированы все квартиры в городе. В каждой была знаменитая тарелка. На улицах города были радиоточки. Благодаря этому на многих фотографиях видно, как люди постоянно слушают радио на улицах, дома или на заводе. Третий канал – это информационное агентство. Ленинградское отделение ТАСС почти сразу придумало знаменитые «Окна ТАСС» по примеру «Окон РОСТА». Сто точек в городе было размещено. Плюс к этому – «Боевой карандаш», который делали журналисты и художники. Это тоже расклеивалось в городе. Вот этими каналами люди получали информацию, потому что в условиях войны и особенно в условиях блокады без информации жить невозможно.

Тимофей Зудин, ведущий: Что люди искали в самые тяжёлые дни блокады? Мы знаем, что на фронте была тяжёлая обстановка, в городе тоже чрезвычайная ситуация. О чём писали журналисты? Как они находили слова, чтобы сохранить ощущение жизни?

Юрий Светов, политолог, публицист, сопредседатель Санкт-Петербургской региональной коллегии большого жюри Союза журналистов России: Естественно, старались находить примеры мужества, примеры героизма разных людей. Рассказывали о том, что делается на заводах. Огромную роль играл рассказ об обыденной жизни города, о том, что продолжали работать театры и люди туда ходили. Плюс к этому придумали, как сажать в городе овощи, под огороды были отведены территории. Об этом рассказывалось. Были беседы с людьми, которые воевали. Плюс практические пособия. Была газета «На защиту Ленинграда» – газета Ленинградской армии народного ополчения. Там были практические советы: как бросать гранату, как воевать. Этому тоже надо было учиться. Надо сказать, что огромную роль играли военные фоторепортёры. 27-го июня был издан приказ, который запрещал фото- и киносъёмку без особого разрешения. В городе примерно 50 человек имели право фотографировать, из них 20 были из ЛенТАСС. Прилетали фотографы из Москвы, довольно известные, которые тоже делали эти снимки. Часто говорят о цензуре. У фотографа была обязанность не только честно и правдиво рассказать, что он видел, но и не дать возможности противнику определить по снимкам координаты или подлинные масштабы эффективности его ударов. Сегодня же мы требуем от людей не выкладывать результаты атак беспилотников. Так вот наши фотографы в этом плане были очень ответственными людьми.

Мария Новикова-Охонская, ведущая: Можно ли сказать, что журналисты той поры работали не только для своих читателей и слушателей, для своих современников-ленинградцев, но и для нас, для будущих поколений?

Юрий Светов, политолог, публицист, сопредседатель Санкт-Петербургской региональной коллегии большого жюри Союза журналистов России: Не знаю, задумывались ли они об этом, но у фотографов было желание сохранить для будущего то, что реально происходило в городе. Работа журналиста представляется так: находились в центре города, передовая в районе Пулково. Пешком туда, пешком обратно, пришёл в замерзающую редакцию, пишешь, что ты видел и что сделал. А фотографы должны были сделать фотографию, доставить её, проявить. Потом материалы отправляли в Москву самолётами. Если газета не выходила, это означало, что самолёт сбит и погибли матрицы. Это была повседневная вещь, которая, может, и не называлась мужеством, но это было реальное мужество. Всё-таки журналисты были в тех же самых условиях. Тот же паёк у них был, тот же большой физический труд. На Социалистической улице, дом 14, находилась типография. Там всю блокаду печатали городские газеты, там находилась редакция ЛенТАСС. Жаль, что до сих пор нет мемориальной доски. Там была доска про газету «Правда», дом начали ремонтировать, и доску утратили. А место достойное. Это такой центр блокадной жизни журналистов города. Его было бы совершенно правильно как-то увековечить.