МИХАИЛ СПИЧКА:

Доброе утро! Нам порой бывает очень любопытно, что готовят на своих кухнях другие люди. А разве не интересно, что они читают , какие книги берут в библиотеках. К некоторым из этих книг мы присматриваемся чуть внимательнее. За мной, читатель!

Если вас, подростка, никогда не брала под руку девочка, даже чтобы вытряхнуть песок из сандалий, а вы от этого не испытывали волнения, значит, кто-то что-то пропустил. На эти мысли нас наталкивает один из рассказов, которые вошли в сборник известного петербургского писателя Дмитрия Каралиса «Самовар графа Толстого». Заглавная вещь — короткий рассказ про человека, который покупает самовар, из которого якобы Лев Николаевич пил чай, пока писал «Войну и мир». В этой книге ироничные, а порой немного грустные, рассказы Кирилла Банникова ( этот цикл просьба не путать с повестями Белкина ), а также первое заметное и не раз переизданное произведение автора «Мы строим дом». Это история большой ленинградской семьи, которая под руководством старшего сына строит основательный дачный дом для того, чтобы всем там поселиться. Но это вовсе не производственный роман, дом — это некая метафора жизни близких людей, чьи судьбы сложились очень по-разному. Кто-то пережил блокаду, кто-то оказался в эвакуации, а кто-то погиб на фронте или уже после войны. Финал немного печален, но светел. Читайте: Дмитрий Каралис сборник «Самовар графа Толстого».

Обратимся к литературному календарю. В начале года исполнилось 150 лет со дня рождения американского писателя с английской фамилией, в популярности с которым когда-то у советского читателя мог соперничать разве что старина Хэм. О Хемингуэе мы обязательно поговорим как-нибудь в другой раз, а вот книги Джека Лондона ( конечно же, о нём речь!) пользуются спросом в библиотеках и в наши дни. Свидетельствую, положа руку на этот томик. Два цикла о приключениях начинающего журналиста Смока Беллью, который из Сан-Франциско отправляется в поисках впечатлений и обогащения на Аляску, где вовсю кипит золотая лихорадка. Суровые будни золотоискателей и перипетии, в которых оказываются Смок и его новый друг Малыш, захватывают и юного читателя, и уже зрелого. Суровые условия арктического мира и способы выживания в нем, ценность товарищеских отношений и азарт игры, а также разнообразные испытания, с которыми приходится встречаться героям на берегах Клондайка, описаны автором с поразительной реалистичностью. Хотя истории из жизни золотоискателей, придуманные Лондоном для журнала «Космополитен» ради заработка — это отнюдь не всё литературное наследие писателя. Но если вы его еще случайно не читали, начните со Смока Беллью.

Свой Клондайк искал, правда, не на Аляске, а в чемодане подпольного миллионера Корейко легендарный герой Ильфа и Петрова. А вот и его портрет. Кадр из фильма Михаила Швейцера «Золотой телёнок». В роли Остапа — Сергей Юрский. Первый Бендер отечественного кинематографа. Это обложка книги воспоминаний выдающегося артиста «Игра в жизнь». Он прожил долгую, насыщенную и, что важно, честную жизнь. И мемуары свои написал очень честно, без кокетства, которое присуще иногда его коллегам по цеху, отдавая себе отчет в своём таланте и в поступках, о которых он позже сожалел. Конечно, здесь воспоминания и о работе Юрского в БДТ, о его отношениях с Товстоноговым, которого он считал своим учителем, о том, кто и как выживал его из родного Ленинграда в семидесятые годы. Побег в Москву — это формулировка самого автора. О путешествии по Европе и путешествии в Большой Дом на Литейном. И о многом другом. «О времени и о себе», написал бы прилежный школьник об этой книге в своем сочинении. Но так оно и есть. Сергей Юрский «Игра в жизнь».

И в завершение — цитата:

«Всё было сервировано чрезвычайно красиво и с большим умением. Торчком стояли твёрдые салфетки, на стеклянных тарелочках во льду лежало масло, скрученное в бутоны, селёдки держали во рту серсо из лука или маслины, были цветы, и даже обыкновенный серый хлеб выглядел весьма презентабельно».

Ильф и Петров. «Золотой телёнок». С вами был Михаил Спичка. Читайте со вкусом.