Евгения Константиновна, жительница Блокадного Ленинграда, восхищённо рассматривает убранство Юсуповского дворца. Она помнит, когда после войны эти залы были совсем другими: частично разрушенными и чёрными — от гари буржуек. Свежи воспоминания и о тяжелых блокадных днях. Ей было 11 лет, когда началась война.

ЕВГЕНИЯ АСАЕВА, житель блокадного Ленинграда:

Это был ужас, когда уже 8 сентября. Уже замкнулось кольцо блокады и обстрелы и все это я пережила блокадное время. Когда и кромешная тьма, и холод, и голод. Бабушка приносила например по карточкам написано было крупа, а там были хлебные крошки.

Юсуповский дворец стал для Евгении Константиновны местом, которое вернуло надежду на будущее. В этих стенах прошёл её школьный выпускной вечер. В Мавританской гостиной она училась на курсах для педагогов. Здесь же на танцах она встретила своего будущего мужа. А в театр дворца Евгения Константиновна часто приходила с мамой.

ЕВГЕНИЯ АСАЕВА, житель блокадного Ленинграда:

Мы.. переслушали пересмотрели все оперы .. вот здесь в домашнем театре. Это был праздник конечно … после блокады, после 1944 года когда вернулись сюда, в то трудное время..

Один из самых роскошных дворцов — Юсуповский — в полной мере разделил судьбу с блокадным городом. Поток раненых с фронта с самого начала войны был огромным, и уже в 1941 году в залах развернули госпиталь. Сначала на 400, а потом на 600 мест.

ВАЛЕНТИНА НАБОК, хранитель Юсуповского дворца:

Когда читаешь донесение главврача госпиталя о том, что во дворце не хватает площадей: это обозначает, что огромные гостиные огромный концертный зал, огромные помещения — они, по мнению медиков, не могли отвечать требованиям медицинским.

Для госпиталя требовались небольшие изолированные палаты. Таких условий во дворце создать было невозможно. Медики приспосабливали помещения как могли: в парадных гостиных ставили металлические койки, пол застилали фанерой, стены укрывали одеялами, окна заколачивали.

АННА СУДАКОВА, корреспондент:

Дубовая столовя использовалась для семейных обедов княжеской семьи Юсуповых. В военное время здесь оборудовали станцию переливания крови. Этот стеклянный шкаф-горка сохранился до сих пор, его в отличие от других ценностей не успели вывезти и спрятать в подвалах Исаакиевского собора. Ни на стекле, ни на дереве нет никаких повреждений — это говорит о том, что все сотрудники госпиталя относились к музейным экспонатам аккуратно и бережно.

Бомбежки не пощадили парадные интерьеры Юсуповского. Сильнее всего пострадал Танцевальный зал, где снаряд прошел здание насквозь. Частично была разрушена выставочная анфилада. Особая опасность тех лет — зажигательные бомбы. Они могли легко вызвать пожар. Обычно их тушили сотрудники госпиталя, но иногда бомбы попадали в узкие места под каркасом крыши, куда почти невозможно было добраться.

­ВАЛЕНТИНА НАБОК, хранитель Юсуповского дворца:

Известен эпизод когда одна из сотрудниц своего ребёнка .. девочку-подростка, худенького уже к той поре, отправила туда на крышу, для того чтобы она проникла через слуховое окно, совершенно не предполагавшего таких путешествий, чтобы она пролезла через это слуховое окно, чтобы она сумела обезопасить дворец от пожара.

В конце 1942 года госпиталь закрывают и уже в 1943-м — когда до полного освобождения от Блокады еще почти год — в Юсуповском дворце проходят первые концерты, киносеансы, утренники для детей, а летом возвращается из эвакуации прима-балерина Мариинского, тогда Кировского, театра — Наталья Дудинская и тоже выступает во дворце.

ЕЛИЗАВЕТА РОНГИНСКАЯ, руководитель проекта «Сто лет Дворцу работников просвещения»:

Это было огромным подарком для всех ленинградцев. Такой глоток воздуха надежды, что мирное время скоро вернется. Некоторые люди еду выменивали на билеты, да потому что иногда духовная пища оказывалась важнее материальной, она подкрепляла тебя, давала возможность поверить, что всё будет хорошо, что надежда она есть, и скоро всё изменится.

Благодаря мужеству жителей несломленного города Юсуповский удалось сохранить. Уже через год после великой Победы начались первые реставрационные работы, чтобы последующие поколения увидели дворец во всём его великолепии.