Эрмитаж раскрывает тайны египетских мумий. Сразу две выставки, от которых у некоторых холодок по спине. Чего стоит почти мистическая история подмены тел в саркофаге. Впрочем, цели пугать посетителей у главного музея Петербурга нет. Скорее, представить большой и очень интересный процесс изучения ценных экспонатов из Египетского зала.

Наверняка, для врачей медсанчасти № 122 имени Соколова на проспекте Культуры томография египетской мумии была одним из самым интересных событий в истории клиники. Они-то привыкли работать с живыми, и все здесь заточено непосредственно под живых.

А для сотрудников Эрмитажа процедура оказалась сенсационной. В том плане, что мумия жрицы Бабат оказалось мужской, а не женской. Скорее всего, в саркофаге лежал египтянин По-Кеш — начальник дворцовых привратников, человек не из знати.

«Процесс был не самый сложный. Не удалили мозг, как это делают в самых роскошных случаях», — отметил куратор выставки «Мумия меняет имя», доктор исторических наук, заведующий сектором Древнего Востока отдела Востока Андрей Большаков.

Томография показала, что Па-Кеш болел синдроном Марфана — генетическим заболеванием сосудов и умер примерно в сорок лет, как обычно и умирают от такой болезни. Его саркофаг также хранится в Эрмитаже, но долгое время было неизвестно, где тело. До революции мумии хранились в Кунсткамере отдельно, в Эрмитаже держать их было просто запрещено. Ну а при воссоединении, после революции 1917 года, и произошла путница.

«Бабат мы, вероятно, никогда не найдем, хотя она где-то в Эрмитаже, но она распеленутая. И сказать, что к этому саркофагу относится, мы уже не сможем», — сказал Андрей Большаков.

Сейчас в Эрмитаже шесть мумий, плюс две детские. И проблема в том, что их распеленали, что сейчас для ученных кажется немного кощунственным действом.

Выставка, по сути, внедряет в экспозиции новую эстетику, а уникальность мумии показывают в том числе и второй выставкой, когда погружают посетителя в Египет после эпохи фараонов и мумий.

В Египте после фараонов пришедшие в музей видят вещи уже нашей цивилизации, тут сразу узнают и канделябр и арабскую лампу.

Несколько экспонатов принадлежат средневековым коптам, народу, говорящему на позднеегипетском языке. Но и в их искусстве почти нет следов своих предков, говорят специалисты. Видны греческое и римское влияния.

Через такое противопоставление посетители еще ярче ощущают различие цивилизаций. Особенно это касается восприятия смерти. Принцип мумификации, как считают ученые, был подсказан падальщиком шакалом, который вскрывал у мертвых животных брюхо сбоку и поедал органы. Именно поэтому бога ритуальных обрядов Анубиса египтяне изображали именно так. Но в основе самого процесса было желание во что бы то ни стало сохранить тела  от разложения, и это стремление до сих пор до конца не понятно.

«Это тяжелые вещи и их в нескольких словах не опишешь. И они вообще-то лежат не в рамках нашей логики. Мы хотим получать один ответ, а у них ответы всегда были дополнительные», — отметил Андрей Большаков.

Древние египтяне считали, что человек обладает множеством сущностей, и его физическая жизнь продолжаться и после смерти. В какой-то степени они были правы. Ведь в отличие от античных греков или римлян, древние египтяне физически присутствуют среди нас, жителей XXI века нашей эры.  

Репортаж подготовил корреспондент телеканала «Санкт-Петербург» Артем Шарипов.

Фото и видео: телеканал «Санкт-Петербург»