В гостях у программы «Утро в Петербурге» Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук.
Марианна Дьякова, ведущая: Когда-то его называли полудержавным властелином. Он был ближайшим соратником Петра I, первым губернатором Санкт-Петербурга, человеком невероятного взлёта и громкого падения. Последние годы жизни он провёл в ссылке в сибирском Берёзове, где и был похоронен. Речь идёт об Александре Меншикове.
Тимофей Зудин, ведущий: Место захоронения одного из самых известных деятелей петровской эпохи до сих пор остаётся загадкой. Весной петербургские археологи отправились на поиски могилы Меншикова, а сегодня мы первыми узнаем промежуточные итоги этой экспедиции. После экспедиции стали мы ближе к разгадке тайны могилы Меншикова?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Я бы сказал, что немного стали. Но, во-первых, это всё-таки совместный проект не только петербургских археологов, но и археологов Югры. Это Сургутский государственный университет и НПО «Северная археология». И мы с коллегами в этом году провели рекогносцировочные исследования в Берёзове, они прошли в сентябре. Исследования позволили нам несколько уточнить место и перспективы работ на следующий год.
Марианна Дьякова, ведущая: Долгое время считалось, что место захоронения уничтожено рекой.
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: В результате новых исследований архивных источников и осмотра местности мы сейчас считаем, что береговое обрушение, которое интенсивно шло в XVII–XVIII веках, остановилось примерно в середине XIX века, и предполагаемое место погребения Александра Даниловича ею не затронуто.
Тимофей Зудин, ведущий: Давайте вот перенесёмся в события XVIII века и представим, как проходило погребение. Мы знаем, что Меншиков жил в остроге под государственным надзором, его разместили где-то на большом кладбище. Как-то отмечались, нумеровались могилы? Как его потеряли?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Да, Меншиков жил как ссыльный в остроге вместе со своей семьёй, но в последний год жизни в Берёзове он активно участвовал как христианин и православный человек в строительстве церкви, финансировал строительство этой деревянной церкви, сам участвовал в рубке здания, так как у него были плотницкие навыки, полученные ещё в Европе при строительстве судов. После его смерти именно за алтарём этой церкви, им построенной, он и был погребён. Поэтому у нас есть достаточно чёткая привязка к месту. Единственный момент, что деревянная церковь, им построенная, сгорела в середине XVIII века. Позднее на этом месте, ну или примерно на этом месте, был возведён каменный храм. И уже все дальнейшие попытки найти могилу Александра Даниловича были связаны с пониманием или непониманием историков, как именно, на каком расстоянии от алтаря, на каком расстоянии от других объектов, указанных в описаниях, находится эта могила. В этом году в Берёзове мы провели рекогносцировочные геофизические исследования. В ряде мест, там на Березовском городище, например, в кремле, недалеко от церкви, они дали прекрасные результаты. То есть мы выявили в земле объекты, которые потенциально мы можем интерпретировать в одном случае как валы Березовского кремля, в другом случае как, возможно, могилы Остермана или Долгоруких, которые были также в ссылке. Это пока только предположение. К сожалению, в той части, где мы надеемся найти погребение Александра Даниловича Меншикова, в XX веке появился очень мощный слой строительного мусора, связанный с перестройкой каменной церкви Рождества Богородицы, сначала в советский период, потом уже в постсоветский. Это мешает получить точную картину методом геофизических исследований.
Тимофей Зудин, ведущий: Помимо геофизических методов, как экспедиция себя ведёт? Работает ли с местным населением? Какие данные удалось, какие рассказы услышать? Как это можно использовать?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Все коллеги, участвующие в проекте, работают и с геофизикой, архивными историческими источниками — в одном из направлений этим занимается специалист из Тюмени. Мы работаем с полевыми исследованиями, наши коллеги, которые занимаются геофизикой, интерпретируют полученные данные. С местными жителями, конечно же, мы общаемся, и в основном они уточняют нам ситуацию, которая происходила в XX веке, особенно во второй половине, когда церковь реставрировалась, когда воссоздавалась ограда церковная, несколько на другом месте, чем сейчас. Соответственно, это тоже позволяет нам уточнить планы будущих работ и понять, какие участки были затронуты хозяйственной деятельностью в XX веке.
Тимофей Зудин, ведущий: Храм в настоящий момент действующий?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Да.
Марианна Дьякова, ведущая: Допустим, в следующую экспедицию вы найдёте это захоронение Меншикова, а как вы поймёте, что это именно его захоронение? По каким признакам?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Во-первых, есть археологическая методика исследования, то есть мы примерно понимаем по описанию середины XIX века Бантыш-Каменского, какая могила вскрывалась, когда он считал, что он нашёл Меншикова, у нас есть глубина залегания гроба. Мы понимаем, что, так как Александр Данилович был не рядовым человеком, это сказывается на костюмном комплексе погребённого, безусловно.
Тимофей Зудин, ведущий: Что там из костюма?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Пуговицы камзольные, какие-то личные предметы могли остаться. Самое главное, что нам поможет дружественная наука антропология: есть метод антропологической реконструкции, разработанный Михаилом Михайловичем Герасимовым, который даёт безошибочные результаты. Так как у нас есть прижизненные портреты и изображения Александра Даниловича, то вероятность ошибиться здесь будет очень невысокая. Плюс ещё может помочь генетика, если мы получим какие-то верифицируемые образцы.
Тимофей Зудин, ведущий: С кем будут сравнивать?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Мы сможем посмотреть на его происхождение, развеять какие-то или, наоборот, подтвердить версии польско-белорусского происхождения, и если удастся найти живущих ныне потомков.
Тимофей Зудин, ведущий: Понятно, что зима — это не сезон в археологии, следующей весной, как вы планируете действовать, насколько масштабными будут раскопки, ожидаете ли вы, что это будет последний, заключительный сезон в этом расследовании?
Николай Смирнов, главный археолог Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук: Всё будет зависеть от результатов подачи этой большой заявки на грант, от финансирования нескольких наших организаций, но в планах есть полевые работы на следующий год, в том числе касающиеся работ на прицерковном кладбище. Они будут идти в летний период, потому что это всё-таки Берёзово — сейчас территория, приравненная к Крайнему Северу. Есть мерзлота, которая оттаивает только в начале лета. Объём работ будет зависеть, конечно, от того финансирования, которое мы получим к этому моменту, но мы надеемся хотя бы прояснить ситуацию с локализацией и понять, очень ли это плотное церковное кладбище или там существует несколько отдельных могил, — тогда ситуация будет проще. Что нам удалось получить интересного в этом году: когда мы проверяли результаты геофизических исследований, мы зафиксировали стратиграфически несколько слоёв пожара, они читаются в почве. Самый нижний слой, видимо, относится как раз, соотносится с пожаром этой деревянной церкви. То есть в стратиграфическом отношении мы можем понимать, что могила Александра Даниловича должна находиться ниже этого слоя пожара.
