В гостях у программы «Утро в Петербурге» Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена.
Николай Растворцев, ведущий: Сегодня трудно представить себе ученика без смартфона, а всё чаще — и без нейросети под рукой. Одни родители радуются: ребёнок стал в чём-то быстрее справляться с уроками, а другие хватаются за голову: а не разучится ли он думать сам? Учителя спорят: запрещать ИИ, приручать? — а сами школьники уже вовсю пишут с его помощью сочинения, решают задачи и делают презентации.
Мария Новикова-Охонская, ведущая: Где проходит грань между «помогли» и «сделали за меня»? Может ли нейросеть заменить репетитора? С какого возраста ребёнку можно доверять работу с искусственным интеллектом?
Николай Растворцев, ведущий: Вам, как профессионалу, видна чёткая грань между «нейросеть помогла» и «нейросеть сделала за меня»? Как это определить?
Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена: Конечно. Прежде всего, мне хотелось бы, наверное, здесь отметить, что, во-первых, мы имеем достаточно чёткие указания на сам текст, и каждый, кто работает с искусственным интеллектом, видит характерные моменты, маркеры искусственного интеллекта. А во-вторых, я бы сказала так, что самое главное — это не выполнить задание, а уметь применить его на практике. Поэтому, когда мы говорим о практике, мы говорим о действиях. В действиях, в поведении искусственный интеллект сразу проявится.
Мария Новикова-Охонская, ведущая: Если разбирать по предметам: в каких дисциплинах искусственный интеллект реально ускоряет, улучшает обучение? Или лучше учебник, тетрадь, ручка?
Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена: Я бы не стала говорить о предметах, потому что важнее то, как используется инструмент. Давайте мы не будем его субъективизировать: это не человек, это просто наш новый инструмент, который мы можем полезно использовать. На самом деле нейронные сети могут помочь ребёнку выявить аспекты, которые он не понимает, помогут ему составить задания, которые он может выполнить, проверить эти задания. Роль нейросетей как репетиторов достаточно сильна.
Николай Растворцев, ведущий: Педагоги опасаются, что дети разучатся мыслить самостоятельно. Они сгущают краски, на ваш взгляд, или это действительно прямая опасность?
Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена: В целом вопрос не в том, использует ли ребёнок или не использует, а в мотивации. Если ребёнок хочет узнать, разобраться и так далее — это всегда приводит к лучшему результату. Поэтому, наверное, в нынешних условиях, когда у нас это действительно повсюду, бесполезно запрещать ребёнку. Важнее ставить вопрос мотивации.
Мария Новикова-Охонская, ведущая: Если мы говорим про практическую пользу как инструмента — вот в каких направлениях можно смело доверять этому инструменту, делегировать какие-то вещи? Но объективно презентации те же верстать с помощью программ искусственного интеллекта для большинства из нас намного легче, чем открывать фоторедактор.
Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена: Когда у человека есть содержание, у ребёнка есть содержание, то в оформлении ИИ может действительно ему очень здорово помочь. В целом ИИ хорош тогда, когда он скорее выполняет в некоторой степени экспертную функцию.
Мария Новикова-Охонская, ведущая: Насколько можно доверять ИИ в данных?
Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена: Прежде всего мы должны с вами понимать, что, ещё раз я хочу подчеркнуть, это инструмент, и поэтому ребёнка нужно научить пользоваться этим инструментом.
Николай Растворцев, ведущий: Поговорим о взрослых. Родители знают, что их ребёнок пользуется ИИ. Как правильно родителям реагировать: доверять, проверять, ограничивать, контролировать?
Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена: Вы знаете, эта проблема возникла давно, когда у нас появились цифровые технологии — ещё когда компьютеры, компьютерные игры, смартфоны. Названо это всё большим таким интересным термином «родительская медиация». И исследования показали, что самая лучшая стратегия, которую могут применять родители, — это совместное использование. То есть когда ребёнок вместе с родителем совместно решает задачи, потому что родители здесь могут немножко скорректировать, направить, как раз подчеркнуть, что это неправильный ответ и так далее. Запреты не помогут. Самое важное, чтобы ребёнок не постигал это самостоятельно, стихийно. И более того, я бы, например, говорила о том, что младшему школьнику вообще не стоит включаться в это взаимодействие. Со средней школы — но не младше.
Мария Новикова-Охонская, ведущая: Как бы вы посоветовали именно организовать этот процесс? Какие нужны правила безопасности взаимодействия с ИИ в части работы с ребёнком?
Юлия Проект, кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии профессиональной деятельности и информационных технологий в образовании РГПУ им. А. И. Герцена: Я думаю, что прежде всего нужно ребёнка научить задавать вопросы нейросети, правильно оценивать ответы.
