В гостях у программы «Утро в Петербурге» Илья Папоян, пианист, лауреат Международного конкурса имени П.И. Чайковского и Тимур Мартынов трубач, солист симфонического оркестра и брасс-ансамбля Мариинского театра.

Мария Новикова-Охонская, ведущая: В этом году музыкальный мир отмечает 135 лет со дня рождения Сергея Прокофьева – одного из главных композиторов XX века. Его новаторское творчество во многом изменило представление о классической музыке. Он писал смело, экспериментировал с формой и звучанием, но при этом умел создавать музыку, понятную и эмоционально близкую самой широкой аудитории.

Василий Киров, ведущий: Уже завтра в двух столицах начнётся масштабный фестиваль «Прокофьев – наш!». На главных сценах страны – Мариинского и Большого театров – прозвучат ключевые произведения композитора.

Мария Новикова-Охонская, ведущая: Сергей Прокофьев. Но это имя важное, конечно, не только для русской музыки. Его вклад в мировую культуру сложно переоценить. «Ромео и Джульетта», «Золушка», симфонии, фортепианные и скрипичные концерты давно стали частью мирового наследия. В чём уникальность музыкального языка, на котором писал Сергей Прокофьев?

Илья Папоян, пианист, лауреат Международного конкурса имени П.И. Чайковского: Пожалуй, в первую очередь, для меня лично – это совмещение разных стилей, абсолютно разных, порой даже кардинально противоположных друг другу. Вообще, музыка Сергея Прокофьева менялась, и практически невозможно найти идентичные друг другу сочинения. Для меня, например, поздний Прокофьев очень близок к позднему Рахманинову, как ни странно. Хотя сам Прокофьев очень резко отзывался о музыке Сергея Васильевича, например, в общении с Рихтером. Но так или иначе, это совмещение классицизма, некой саркастичности, романтизма и ещё очень многих направлений – нечто уникальное. Понятно, мы все знаем, что Шостакович близок к Прокофьеву, но всё равно это другое направление, другой внутренний мир. Для меня Прокофьев – один из самых близких композиторов.

Василий Киров, ведущий: Фестиваль ещё называется «Прокофьев – наш!». Тут тоже есть некий символизм. Почему «наш», почему он так тесно связан с русской культурой? Что значит «наш» для исполнителей, для музыкантов?

Тимур Мартынов трубач, солист симфонического оркестра и брасс-ансамбля Мариинского театра: Я думаю, что это общее понимание того, что это наше культурное наследие, которое нужно ценить. Проводя подобные фестивали, мы отдаём дань прошлому, настоящему и будущему поколению. Они обязательно должны иметь возможность узнавать и в дальнейшем передавать эти знания будущим поколениям. Уникальность данного фестиваля, на мой взгляд, заключается в том, что Мариинский театр позволяет концентрированно погрузиться в мир Сергея Прокофьева, не отвлекаясь ни на что иное. Подобно машине времени можно очутиться в его пространстве, в его музыкальном мире того времени, увидеть его мышление и эволюцию.

Василий Киров, ведущий: Это очень интересно.

Тимур Мартынов трубач, солист симфонического оркестра и брасс-ансамбля Мариинского театра: Да, взгляд автора. Если внимательно отнестись к этому событию и постараться посетить все концерты, конечно, это не каждому удастся. Но если всё-таки полноценно включиться в этот фестиваль, то можно увидеть, как мыслил композитор, как он жил, как менялся, трансформировался, как общался со слушателем. Мне кажется, это весьма любопытный и где-то даже неповторимый опыт, который мало кто может предложить сегодня.

Василий Киров, ведущий: Илья, а вы помните своё первое знакомство с Прокофьевым? Он сразу стал вашим или всё-таки знакомство было постепенным?

Илья Папоян, пианист, лауреат Международного конкурса имени П.И. Чайковского: Наверное, скорее постепенным. Хотя, конечно, эта музыка сразу была мне крайне интересна и близка. Но осознание пришло не сразу. Когда именно произошло первое знакомство, я уже не помню. Наверное, ещё в детстве. Мы все в детстве знакомились с какими-то произведениями на уроках музыки. Я, пожалуй, был исключением – по-моему, первым было «К Элизе» Бетховена. Не думаю, что сразу осознал, насколько мне близок этот композитор. Тем более что самым близким для меня остаётся Рахманинов, но и это я понял далеко не сразу. Первое время мне был ближе Шопен. По поводу формата фестиваля хочу добавить, что абсолютно подписываюсь под каждым словом. Несколько лет назад я играл все концерты Сергея Сергеевича Прокофьева за два вечера. Честно говоря, хотел за один, но потом мы решили всё-таки пожалеть публику. На самом деле это настоящее погружение в творчество композитора. Можно прочувствовать развитие его музыкального языка. Мне кажется, это гораздо глубже, чем разбивать программу на месяц и играть её в виде абонемента. Каждая идея хороша, но исполнение практически подряд позволяет наиболее полно ощутить творческую эволюцию автора.

Василий Киров, ведущий: Есть мнение, что Прокофьев опередил своё время. Но если человек только начинает знакомство с классической музыкой?

Тимур Мартынов трубач, солист симфонического оркестра и брасс-ансамбля Мариинского театра: Я бы даже не говорил так смело, что мы хорошо с ним знакомы. Думаю, путь любого музыканта как раз и заключается в том, чтобы всё больше узнавать и открывать для себя композитора. Это бесконечный процесс. Тот Прокофьев, которого я когда-то узнал благодаря Мариинскому театру, сильно отличается от того, которого я ощущаю сегодня, выходя на сцену и исполняя его произведения. По-настоящему я начал узнавать творчество Сергея Сергеевича именно в стенах Мариинского театра. Тогда был цикл всех его симфоний в рамках Пасхального фестиваля. Уже не помню, какой это был год. Для меня это был совершенно иной опыт. Какие-то вещи раскрылись по-новому.

Василий Киров, ведущий: Это всегда так: даже исполняя одно и то же произведение, испытываешь новые эмоции. А если бы вы посоветовали зрителю начать знакомство с одного произведения, что бы это было?

Мария Новикова-Охонская, ведущая: Как понять этот феномен и масштаб?

Илья Папоян, пианист, лауреат Международного конкурса имени П.И. Чайковского: Наверное, с «Любви к трём апельсинам». Мне вспомнилась история, связанная с этим произведением и маэстро Валерием Гергиевым. Не так давно мы играли в концертном зале «Зарядье» Второй концерт Сергея Сергеевича Прокофьева. После концерта одна пожилая зрительница подарила маэстро три апельсина. Без комментариев. Думаю, комментарии были излишни. Лучший букет.