ЮРИЙ ЗИНЧУК, ведущий программы «Пульс города»:
«Давайте не будем уходить от темы петербургской культуры. И лишь на примере одной отдельно взятой выставки проиллюстрируем тезис о бесконечном многообразии культурной жизни нашего города.

В «Росфото» до 12 апреля  можно впервые за двадцать лет увидеть собрание снимков из московского Музея-заповедника Л.Н. Толстого, которые сделала супруга писателя Софья Андреевна. Только ей Толстой доверял себя фотографировать. Она была очень профессиональным фотографом. И теперь благодаря этим снимкам мы можем увидеть настоящего Толстого, а не придуманного. Например, когда мы запомнили писателя в длинной крестьянской рубахе, подпоясанной кушаком и обязательно босиком. Это миф. Потому что эту фотографию делал постановочно Репин. А в жизни Толстой в крестьянской рубахе и босиком не ходил.

А как он ходил? Как одевался? Как занимался? Как купался? Толстой в объективе – это просто совсем другая реальность великого писателя. И которая очень отличается от той, про которую мы знаем из учебников истории  и литературы. И всё это благодаря снимкам Софьи Андреевны.  Очень интересный образ получается. Толстая снимала на свой Kodak, используя стеклянные пластины 13 на 18 см. Специального места, похожего на лабораторию, у Софьи Андреевны не было. В Ясной Поляне она проявляла снимки в чуланчике под лестницей.

Тайна искусства снимать гения. Как это делать, нам расскажет и покажет  Наталья Бандурина».

Удивительные, уникальные, непостановочные  снимки, которым больше 100 лет. И тут главное не то, насколько верно был выбран ракурс или композиция. Тут важен сам фотограф, объект его внимания и место съемок.

Эти милые, семейные, уютные во всех смыслах снимки сделала Софья Андреевна Толстая, почти на каждом фото ее супруг – великий писатель Лев Николаевич Толстой в их горячо любимой Ясной Поляне.

И так бы мы их и воспринимали, наверное, счастливыми, если бы эта пара не оставила после себя дневников, которые на сегодняшний день стали чуть ли настоящим пособием для психоанализа. А что касается фото, лишь одно выдает в них что-то неладное. Толстой почти нигде не улыбается, в то время как его супруга обращена к нему. И не только потому что ниже ростом смотрит на него снизу вверх. Она им восхищена. Софья Толстая искренне желала, чтобы хотя бы на фото было все так, как она хотела.

НАТАЛИЯ БАНДУРИНА, корреспондент:
«У Софьи Андреевны была традиция. На годовщину свадьбы, 23 сентября, каждый год она делала совместный снимок с мужем. В 1910 году были сделаны эти две фотографии, а на обороте этого фото она написала – «Не удержать»».

Больше совместных фото не будет. Это был год, когда Лев Толстой навсегда покинет свой дом в Ясной Поляне. Точнее даже так – он сбежит. От жены. Уходил тайно, под покровом ночи. Сел в поезд. Правда, через 10 дней он вернется в родной дом, но уже в гробу. В дороге он сильно простудился и умер от воспаления легких. Как это все монтируется с этими милыми фотоснимками? Да, это были очень болезненные, в чем-то отношения «на грани».

Итак, ему 34, ей 18. Он намерен на ней жениться. Что делает будущий муж? Он дает своей невесте прочесть свои дневники, в которых очень откровенно описывал все, в том числе и свои любовные похождения.

Из дневника девушка узнала о том, что у Льва Николаевича есть сын от крепостной крестьянки. Аксинью она будет после часто наблюдать в их доме. Да, она хоть и прорыдала сутки, после чтения дневников, предложение приняла. И вот что напишет Софья:

«И просто баба, толстая, белая, ужасно. Я с таким удовольствием смотрела на кинжал, ружья. Один удар — легко. Пока нет ребенка. И она тут, в нескольких шагах. Я просто как сумасшедшая. Еду кататься. Могу ее сейчас же увидать. Так вот как он ее любил. Хоть бы сжечь журнал его и все прошедшее».

Лев Толстой тоже напишет в своем дневнике на следующий день после свадьбы. Всего два слова: «Не она».

Казалось бы, вот и все. Но нет. Это было только начало их семейной жизни длиной в 48 лет. Она ревнует, постоянно ревнует, у нее даже появится бинокль, с которым она будет выходить в кусты, как в засаду. Ревнует к прошлому и настоящему, к редактору и даже к героиням его романов. Она узнает в Наташе Ростовой свою младшую сестру, в то время как ее образ Толстой не перенесет на страницы своих книг.

У них было 13 детей, пятеро умерли во младенчестве. После очередной родовой горячки, которую Софья Андреевна могла и не пережить, врачи запретили ей иметь детей. Но Левушка и слышать об этом не хотел. И именно в такие моменты, когда жена почти отдавала Богу душу, он – всегда отстраненный и холодный –становился заботливым. Или ей так казалось .Вот уж поистине хоть завтра к психологу на прием.

Но ни угрозы выпить яд, ни истерики и слезы, не повлияли на писателя так, как нежелание супруги принимать новые его взгляды, откататься от слуг и от роскоши. Толстой отказывается от авторских прав на свои книги. Софья, как Анна Каренина, ложится под поезд – очередная угроза суицида не возымела успеха, как и все предыдущие.

Он называл ее жадной и тупой, это ее-то, которая занималась бытом, растила детей и восемь раз переписала «Войну и Мир». Так или иначе, без нее он прожил всего 10 дней. А она без него – 9 лет. И все это время винила себя в его смерти.

Образ Толстого до нас дошел репинский: на картине писатель в рубахе, босой, но это, прямо скажем, утрированная версия классика.

А настоящий Толстой вот он – в объективе фотокамеры своей супруги. Как будто отстраненный, смотрящий куда угодно, только не на нее, счастливый в кругу друзей. Нам ли судить об этом союзе? Скорее всего, они нашли друг друга. И кто знает, если бы не эти страдания и страсти в семейной жизни, знали бы мы такого писателя, как Лев Николаевич Толстой?