ЮРИЙ ЗИНЧУК, ведущий программы «Пульс города»:
«А теперь очень важная городская новость. В Санкт-Петербурге на днях был осуществлён переход  с летнего режима освещения но осенне-зимний. Всё. Теперь до начала нового сезона белых ночей, уже в следующем году, мы будем видеть наш город немножко в другом свете. Более того, в Московском районе на этой неделе началась реконструкция системы наружного освещения. А на месте дуэли Пушкина на Чёрной речке появились новые фонари.

Очень интересно. Свет для нашего самого северного города-миллионника всегда имел особое значение. Свет для нас — это не просто способ сделать городскую среду чуть более комфортной. Свет для нас — это в буквальном смысле и настроение, и атмосфера, и даже состояние души. Помните, ещё Блок писал: «Бессмысленный и тусклый свет…». Сейчас такого света на улицах современного города уже не осталось. Но сама эта тема никогда не теряла своей актуальности. Наталья Медведева расскажет об этом в своём репортаже «Свет в большом городе».

НАТАЛЬЯ МЕДВЕДЕВА, корреспондент:
«18:30. Через час закат. С каждым днём в сентябре темнеет всё раньше и раньше. Город перестраивается на новый режим освещения. Как это происходит? И кто следит за тем, чтобы в Петербурге было светло после захода солнца?»

Каждый день здесь, в центральном пункте управления городским освещением, принимают эстафету у солнца. Все городские светильники включаются по щелчку одной кнопки. Строго по графику. 

Чем ближе зима, тем раньше включаются городские светильники. Если в самый разгар белых ночей уличные фонари горят всего 3 часа 15 минут, то зимой, в декабре, почти 18 часов. С каждым днём работа тех, кто отвечает за свет в городе, становится напряженнее.

Такой массивный фонарь ещё недавно был самым распространённым типом освещения в Петербурге. Внутри лампа дуговая натриевая трубчатая, сокращенно ДНаТ. Вместо нитей накаливания, как в бытовых лампочках, здесь газоразрядная трубка с парами натрия. Между двух электродов. Ток, проходя через электроды, формирует электрическую дугу, которая и заставляет пары натрия светиться ярким оранжевым светом.

 В Петербурге последние десять лет на смену газоразрядным лампам приходят вот такие светодиодные матрицы. Всё это для нас — часть привычной повседневной жизни. Мы даже не задумываемся, как раньше город обходился без электричества.  

Первые уличные фонари в Петербурге появились ещё при Петре I в 1706 году. Они заправлялись конопляным маслом и давали тусклый свет. Из недостатков: стёкла быстро покрывались копотью, а масло часто попадало на прохожих.

НАТАЛЬЯ МЕДВЕДЕВА, корреспондент:
«Именно о таких фонарях писал Гоголь в повести «Невский проспект»: «Далее, ради Бога, далее от фонаря! Это счастье еще, если отделаетесь тем, что он зальет щегольской сюртук ваш вонючим своим маслом»

В середине 19 века (в 1839 году) в Петербурге появились первые газовые фонари. В самом центре — в Александровском саду.

НАТАЛЬЯ МЕДВЕДЕВА, корреспондент:
«Здесь и сейчас можно прочувствовать атмосферу Петербурга середины 19 века. Все благодаря восстановленным газовым фонарям. Именно такой мерцающий тусклый свет сопровождал вечерние прогулки Федора Достоевского».

И только в 1873 году электротехник Лодыгин экспериментирует с первыми лампами накаливания. Так постепенно начинается  эра электрического освещения.

Петербургский город особенный. И свет здесь — не просто техническое решение. Это часть городского характера, который давно стал художественным образом. Символом надежды и веры, одиночества и безысходности. 

НАТАЛЬЯ МЕДВЕДЕВА, корреспондент:
«В этом доме на Офицерской улице (ныне улице Декабристов) в начале 20 века жил Александр Блок. И, возможно, именно это место вдохновило его на всем известные строки».

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

А здесь, на 8-й линии Васильевского острова, в 30-х годах у своего брата останавливался Осип Мандельштам. Тогда же родился образ:

Ты вернулся сюда, — так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей.

В эпоху СССР электрическое освещение становится массовым для городского хозяйства. Его практически с нуля восстанавливали в послевоенном Ленинграде. За годы блокады система уличного света была разрушена на 80 процентов.

Сегодня мы настолько привыкли к свету, что думаем о нем, только если его не достаточно.  Каждый вечер после захода солнца освещенность улиц проверяют специальным прибором. Это люксметр, измеритель силы светового потока.

Вот так городской свет разгоняет вечерний сумрак. Технологии приходят во все части города. Сквер на месте последней дуэли Пушкина. Окраина по меркам начала 19 века. В наши дни стала светлее. Здесь установили новые светильники, отреставрировали старые.

Петербург днем и поздно вечером — это два совершенно разных города. После заката знакомые улицы и здания собираются заново из света и тени. Литейный проспект, 39. Дом Пашкова. Тот самый парадный подъезд, о котором писал Некрасов.

Эти кадры сделал Иван Вагнер с орбиты МКС. По словам космонавта, увидеть Петербург в иллюминатор с высоты 420 километров крайне сложно. Траектория полета МКС не затрагивает широту, на которой расположен город. Постоянно мешает облачность. А на снимок есть всего 40 секунд.

Каждую ночь Петербург освещают 420 тысяч светильников. Меняется время года, совершенствуются технологии, старые фонари уступают место светодиодам. Мы почти не замечаем этих изменений. Но без них город был бы совсем другим. Потому что свет меняет не только то, каким мы видим Петербург после заката. Но и что чувствуем, глядя на него. И каким бы ни был петербургский вечер, главное чтобы свет оставался ещё и в душе.