ЮРИЙ ЗИНЧУК, ведущий программы «Пульс города»:
«А теперь одна любопытная новость из мира культуры. На днях аукцион «Сотбис» опубликовал список самых дорогих русских художников за всю историю коммерческих продаж. Я, честно говоря, был удивлён этими результатами.

Итак, давайте посмотрим на тройку лидеров. Третье место — Марк Шагал. На «Сотбис» было зафиксировано 18 продаж его произведений. Причём каждое полотно продавалось не менее чем за 5 миллионов долларов. Их общая стоимость составила 162 миллионов долларов.

Второе место, что вполне очевидно. Автор, как говорят искусствоведы, иконы всего искусства 20 века, я имею в виду «Чёрный квадрат» — это Казимир Малевич. Его работы были проданы в общей сложности за 252 млн долларов.

А теперь внимание! Кто же занимает первое место? Первое место самого дорогого русского художника в истории мировой живописи — это Василий Кандинский! Юрист, ставший художником, внимание, в 30 лет. Так что никогда не поздно начинать что-либо новое. В 30 лет он решительно отказался от карьеры юриста и уехал учиться живописи в Мюнхен. На этот шаг, по воспоминаниям самого Кандинского, его подтолкнули сразу несколько впечатлений. Первое: картина Клода Моне «Стог сена» (он сначала не понял, что на ней изображено, и был потрясён силой цвета). Второе: опера Вагнера «Лоэнгрин». И третье: научное открытие, которое позволило показать процесс расщепления атома, что в корне разрушило всё его представление о привычном мире. И он стал художником.

Итак, Василий Кандинский. Как он мог слушать и слышать цвет? Как он достиг этих вершин самого дорого русского художника в истории мировой живописи? И какую роль на этом пути к вершинам аукционной славы сыграл Санкт-Петербург? И почему без образа Петербурга не было бы феномена творчества Кандинского? Об этом предметном беспредметно расскажет Наталия Бандурина».

НАТАЛИЯ БАНДУРИНА, корреспондент:
«1930 год, на Васильевском острове возводят здание для завода «Красный гвоздильщик». Цилиндрический резервуар для воды выносят наружу, он напоминает шляпку от гвоздя. Его назовут потом примером Ленинградского авангарда».

Эти промышленные корпуса и здания заводов как будто бы что-то напоминают. Да, они вполне могли быть картинами. Именно художники-авангардисты первыми увидели, что объекты могут быть такими, но был среди них один, который даже в таком смелом подходе к предметам смог совершить революцию. Его имя — Василий Кандинский. Человек, который слышал цвет и видел музыку. Первый художник-абстракционист.

1896 год. Москва. В Большом театре дают оперу Вагнера «Лоэнгрин». Кандинский в зрительном зале. В какой-то момент он закрывает глаза и…

Сам он так вспоминает этот момент: «Я видел мои краски, они стояли у меня перед глазами. Бешеные, почти безумные линии рисовались передо мной…».

Кандинскому на тот момент 30, и он успешный юрист. Этот поход в театр изменил его жизнь. Тот самый случай, когда по-другому он бы уже не смог. Кандинский начнет учиться живописи, напишет свои первые акварели, музыка будет при этом всегда звучать в его голове. Этому феномену ученые дадут название чуть позже — синестезия.

Сегодня этот феномен — никак не патология — буквально видна на томографе. Мозг синестета выдает особую реакцию на звуки. Сразу оговоримся, все синестеты слышат цвет, но чтобы быть Кандинским этого мало.

Кандинский не давал своим картинам названия. Намеренно. Потому что название уже несет смысловую нагрузку, поэтому потрудись — думай сам. Все его работы делились на три категории: импрессия, импровизация и композиция. Как в музыке. Его нотный стан — палитра, где каждому цвету присвоено свое звучание.

Если он мог музыку перевести в цвет, значит и обратный переход тоже возможен. Эти музыканты играют в особом жанре, пожалуй, самом сложном — в жанре импровизации. На вопрос, что это такое, они давно ответили.

Чтобы чистота восприятия музыки стремилась к совершенству, они завязывают глаза. Слепым оркестром управляет дирижер, который прикосновениями задает и нужный темп, и тональность. Вот так в их исполнении звучит абстракция.

Теперь, зная все это, скажите, могла бы стать обычной история его любви? Конечно, нет. Изначально он влюбился в голос своей будущей супруги, только потом в нее саму. 23-летняя Нина Андреевская разговаривала с ним по телефону. Легенда гласит, что Кандинский тут же перенес на холст тембр ее голоса. Услышал его желтым с вкраплениями красного и синего, но все же желтый — на языке самого Кандинского — это было пронзительное звучание трубы.

С этой женщиной связана еще одна легенда. Уже став женой художника, однажды она увидела сон, что играет в шахматы, только вместо фигур окровавленные бриллианты. В реальности 2 сентября 1980 года вдову Кандинского найдут убитой в ее собственном доме в Швейцарии. И действительно, бриллианты, которые она так любила, украдут. Но ни одной картины Кандинского не пропадет.

Пройдет еще время, и художника объявят самым дорогим на мировых аукционах. За его полотна будут отдавать сотни миллионов долларов. Но, конечно, нет такой валюты, в которой можно было бы оценить то, что он сделал для искусства в целом.

Он остался для нас виртуозом, художником-исполнителем, который смог соединить музыку и живопись, смешивая краски с нотами, он играл и продолжает играть на струнах наших душ.