9 августа Петербург отметит 82-ю годовщину окончания Ленинградской битвы. Это День воинской славы, который был официально установлен в апреле прошлого года.

В честь знаменательной даты ровно в полночь Дворцовый, Троицкий мосты и мост Бетанкура украсит подсветка в цветах ленты Ленинградской победы, а завтра зажгутся факелы Ростральных колонн. Ленинградская битва длилась 1127 дней. Точные потери неизвестны, но это не меньше миллиона солдат и офицеров. Как отметил губернатор Александр Беглов, «воины Ленинградского фронта и других фронтов сдерживали беспрецедентный натиск немецко-фашистских войск и их союзников на огромной территории Северо-Запада нашей страны. А в центре этой битвы был Ленинград – город, имевший огромное стратегическое значение для страны и Победы».

В музейно-выставочном центре «Россия – моя история» на этой неделе открылась выставка, которая как будто стирает время и безжалостно сталкивает нас с событиями тех лет. В экспозиции – находки поисковиков. И далекая война вдруг становится частью личных переживаний. Бой за каждого безымянного солдата все еще продолжается.

9 августа Петербург отмечает 82-ю годовщину Ленинградской битвы – самого продолжительного сражения Великой Отечественной войны. Точное число погибших на Ленинградском фронте до сих пор неизвестно. Поисковые отряды продолжают бой за каждого безымянного солдата.

Время всегда работает против. Если только ты не поисковик. Потому что для этих людей время имеет другую природу. Оно останавливается в точке гибели советского солдата и отдает свои тайны, если повезет. Для командира поискового отряда «Ленинград» Вячеслава Мамонова поисковая работа началась с 13 лет.

«Это было в 1989 году. Мы с ребятами поехали за грибами. Я присел на пенек поесть. И около пня оказались останки бойца, лежащие на поверхности. Я приехал в лес с вопросом к отцу: «Объясни, пап, как так? Война закончилась, мы победили. А люди – вот они, в лесу лежат»», – сказал Вячеслав Мамонов, командир поискового отряда «Ленинград».

Он сам нашел ответ – делом. За все время Вячеславу Мамонову удалось вернуть из забытья в историю страны девять советских бойцов.

Сегодня подполковник Мамонов преподает в Петербургском Суворовском военном училище МВД России. Многие его воспитанники уже пошли по стопам своего наставника – в поисковое движение. И цель у всех одна.

«Всех нужно помнить поименно. Это обязательно надо вкладывать молодежи. Привлечение молодежи к проведению поисковых работ на местности – прямо выезжать, показывать им, как это было», – добавил Вячеслав Мамонов, командир поискового отряда «Ленинград».

В этой экспозиции за каждым предметом – судьба бойца. В едва различимой надписи на вкладыше солдатского медальона, инициалах на личной вещи или в нескольких строчках письма родным из окопа.

«Удалось развернуть и сохранить два письма. Нам удалось прочитать, что это Матвеев Вадим Сергеевич, который погиб уже после прорыва блокады Ленинграда, то есть летом 43-го года», – рассказал Владимир Заботкин, заместитель командира поискового отряда «Ленинград».

Владимир Заботкин пришел в поисковое движение еще курсантом Военно-космической академии имени Можайского. И это полностью изменило его жизнь. Так бывает, что история прошлого страны становится частью личной жизни. Миссией.

«В письмах он пишет: «Мама, передай привет Люде, Свете, Наташе, Жене…» Женя – его младшая сестра. Мы нашли ее. Она жила в деревне Иса Волховского района Ленинградской области. Приехала прямо на захоронение», – поделился Владимир Заботкин, заместитель командира поискового отряда «Ленинград».

Ленинградская битва – самое длительное сражение Великой Отечественной: 3 года, 1 месяц и 19 дней. Историки говорят о более чем миллионе погибших. А вместе с гражданскими потери увеличиваются практически вдвое. В летопись возвращается только малая часть. По сути, взвод из целой роты.

«Статистика – вещь неумолимая. Это видно везде. Приблизительно на сто человек – 10 именных», – сказал Владимир Заботкин, заместитель командира поискового отряда «Ленинград».

Историки утверждают, что 82 года – короткий отрезок времени. Но это примерно 3–4 поколения в биологическом смысле. За этот период память о войне переходит из стадии живой, которая передается что называется из рук в руки, в стадию культурной памяти. Непосредственных свидетельств становится все меньше.

«Для меня лично это возвращение из Томска, где мы были эвакуированные и лечились от дистрофии, куда нас вывезли. Меня, сестру. Мы вернулись в Питер», – рассказал Владимир Норенко, театральный педагог, профессор кафедры актерского искусства Российского государственного института сценических искусств.

«Я блокадный ребенок. И я помню блокаду, как ни странно, хоть я была очень маленькой. Но я очень многое помню. Вы понимаете, что такое 138 тысяч детей, которые все время у меня? Когда я стала взрослой – у меня все время в сердце. Они не выжили, а я выжила совершенно случайно», – сказала Регина Азеран, член Союза журналистов России, редактор общественного издания.

Остаются еще фрагменты в памяти родных.

«Мой дед Иванихин Леонид Георгиевич участвовал в битве при Невском пятачке. Чудом выжил. Получил медаль. Никогда не рассказывал об этой истории. Единственный на мой вопрос школьницы «Самый лучший день во время войны» – это когда я спал на кровати с чистыми простынями», – поделилась Наталья Агафонова, посетительница выставки «Имя героя. Потерянные судьбы победителей».

Социологи, культурологи называют критическим рубежом время, прошедшее от событий, лет в 80–85. Но, уверяют, что и в этом случае память людей может оставаться «живой» эмоционально. Это происходит, когда военное прошлое наших предков люди воспринимают как часть собственной идентичности. Так это и происходит с поисковиками.

«Поисковики – это очень скромные люди, которые никогда не рассказывают о себе. Они всегда рассказывают о тех местах, где шли боевые действия, о сражениях, о находках. Но между тем поисковое движение – это более 45 тысяч человек по всей стране, которые в свои выходные, в свои отпуска выезжают на вахту памяти», – сказала Ирина Якунина, руководитель проекта выставки «Имя героя. Потерянные судьбы победителей».

Они останавливают время, чтобы изъять из земли красноречивые свидетельства страшной войны. Из тех 1127 дней битвы за Ленинград, когда не вели счет потерям – не до этого было. Теперь самое время вернуть имена.

«Необходимо. Это надо сделать обязательно. Надо насаждать. Заставлять учить историю. Именно заставлять учить историю», – сказал Владимир Заботкин, заместитель командира поискового отряда «Ленинград».

Культура и человечность не наследуются генетически. Так же как историческая память. Они заново рождаются через личное внутреннее усилие – усилие быть человеком.