Древнейшая православная обитель России — Староладожский Свято-Успенский женский монастырь — готовится отметить 910-летие. Его историю отсчитывают от 1116 года, когда князь Мстислав Великий построил каменную церковь Успения Божьей Матери для своей жены, шведской принцессы Кристины. Впрочем, историки не исключают и более ранние даты основания. Это намоленное веками место! Свидетель смены эпох, познавший и расцвет, и разорение. Прибежище опальных цариц и духовное пристанище святых подвижниц. Как живёт монастырь сейчас?

С белых сводов Соборной церкви в честь Успения Пресвятой Богородицы наблюдают за прихожанами святые лики. Им — более 900 лет. На фрагментах фресок — мученик Кирик, целитель Фалалей, святой воин князь Борис. Не подвластны времени оказались и стены храма: сохранилась первоначальная кладка, световые окна с орнаментом и уникальная композиция интерьера. Успенский храм — самый северный из уцелевших храмов домонгольского периода.

«Это был храм княжеский, храм-усыпальница и монастырь. У нас сохранился знак Рюрика на стене, который исследователи относят к сыновьям Ярослава Мудрого. Сохранились аркосоли — погребальные ниши. И сам устав монастыря до XIX века сохранялся, как в XII веке», — отметила игумения Евфросиния, настоятельница Староладожского Свято-Успенского девичьего монастыря.

В миниатюрной мраморной копии Гробницы Божьей Матери — икона-местоблюстительница. В день Успения Пресвятой Богородицы её сменит список Гефсиманской плащаницы. Святыню, которая изображает Богородицу на смертном одре, изготовили к 910-летию обители. Мастера полностью повторили оригинал, переданный в дар Иерусалиму в XIX веке графиней-благотворительницей Анной Орловой-Чесменской.

«Оригинал хранится в Иерусалиме, в Гефсиманском подворье, и именно этот список проносят Крестным ходом в день Успения в Иерусалиме. И вот частица Иерусалима приезжает к нам. Этот список освятил Патриарх Иерусалимский Феофил III специально для нашего монастыря», — рассказала игумения Евфросиния, настоятельница Староладожского Свято-Успенского девичьего монастыря.

Среди сестёр, под тенью деревьев, покоится самая известная из настоятельниц женской обители — схиигумения Евпраксия. Матушка управляла монастырём более 40 лет. В XIX веке к ней за духовным советом и утешением приезжали люди со всей страны. Паломники и сегодня верят в чудеса по её молитвам.

Матушка Евпраксия покоится у стен Успенского собора. Получается, прямо за алтарём. Вот эту надпись на своём надгробии, которую уже почти не видно, она выбила своими руками при жизни. По преданию, к ней во сне явилась старица Акилина — одна из её предшественниц — и сообщила о скорой кончине.

«Некоторые рассказывают, как исцелились их дети. Взрослые обращаются за помощью в душевных обстоятельствах, и матушка тоже даёт помощь. И об этом тоже рассказывают: когда после молитвы у могилки матушки жизнь как-то меняется и идёт в другую сторону, тяжёлые обстоятельства выравниваются», — добавила игумения Евфросиния, настоятельница Староладожского Свято-Успенского девичьего монастыря.

Матушка вела аскетический образ жизни, много трудилась на благо монастыря. По силе монашеского подвига схиигуменью сравнивают с подвижниками раннего христианства.

Трижды в неделю, в любую погоду, матушка уходила в Абрамовский лес. Это примерно 3 км от монастыря. Здесь проводила целый день в молитвах. И здесь же своими руками ископала этот родник. Вода из этого колодца ещё при её жизни считалась целебной. Источник и сегодня привлекает паломников. Можно набрать святой воды с собой, а можно совершить омовение. Для этого здесь есть вот такие кабинки.

На протяжении веков монастырь служил местом ссылки для женщин из высшего общества. В этой деревянной келье, под именем монахини Елены, жила супруга Петра I — Евдокия Лопухина. Опальная царица провела в обители 7 лет. Сюда же после семейного скандала сослали и первую жену Абрама Ганнибала — прадеда Александра Пушкина. А при Николае I монастырь стал прибежищем для родственниц декабристов. Сегодня комплекс притягивает паломников не только своей архитектурой, но и удивительной историей, которая хранит тайны девяти веков.

«Храм XII века, фрески, это всё очень интересно, наша история, и тем более в наше время хочется вдохновиться истоками. Они дают нам силы», — поделились Людмила и Павел Терновых, туристы (Краснодар).

«Если вы читали Чехова «Студент», помните: «Ты потянешь ниточку, а вот оно, Христос-то рядом». Это всё взаимосвязано, мы даже не чувствуем, как это нас всё сплетено. А когда приезжаешь в эти места, возникает это ощущение», — отметила Галина Емельянова, турист (Москва).

«Я считаю, что нужно время от времени посещать такие места, привозить детей, чтобы они отвлекались и смотрели на красивую природу и так красиво вписанное всё в ландшафт», — рассказала Евгения, турист (Москва).

«Здесь красиво, интересно и хочется посмотреть, как здесь», — подчеркнул Степан, турист (Москва).

В XIX веке, когда число монахинь в обители выросло до 200, на территории монастыря построили храм Крестовоздвижения. Он появился на месте деревянного храма XII века. Кирпичная церковь служила больничным корпусом для престарелых и больных монахинь. Её первой восстановили после разрушений начала XX века. Точно воссоздали утраченный иконостас. Иконы написали студенты Петербургской духовной академии.

Каждая минута в монастыре расписана между молитвой и трудом. Привычных должностей здесь нет. Есть послушания, то есть задания, которые даются сёстрам по силам и нуждам обители. Кто-то отвечает за огород — здесь монахини выращивают овощи и фрукты. Кто-то ухаживает за животными. На хоздворе Свято-Успенского женского монастыря — куры, козы и овцы. Имена дают по принципу «как Бог на душу положит».

«У нас родилась овечка, она беленькая и с такой улыбкой, что невозможно было глаз отвести — мы назвали её Милкой. Другая — с такой чёрной мордочкой — она стала Мавруся («Мавр» — чёрный). Барашек родился с крестиком, и мы назвали его Крузиком (по-испански это «крест»). Козочки у нас есть пакистанской, африканской и чешской породы. Сейчас они молока не дают, а когда период бывает молочный, то иногда даже свой сыр делаем», — отметила игумения Евфросиния, настоятельница Староладожского Свято-Успенского девичьего монастыря.

За девять веков монастырь пережил и разрушение, и забвение. Но, несмотря на тяготы, не угасает молитва в древних стенах обители.