Возможности современных реставраторов сегодня, конечно, расширяют технологии. С их помощью и с опорой на традиции ленинградской реставрационной школы мастера, без преувеличения, творят чудеса. Таких примеров множество в международном центре реставрации в Рождествено. Кстати, именно туда на восстановление в своё время приехал с Ямала мамонтёнок. Сейчас вот на очереди доисторический медведь. Но это, как говорится, из числа экзотических случаев. Есть проекты более традиционные для реставраторов, но не менее важные и сложные.

За три года работы в этом центре отреставрировали почти семьсот музейных предметов. И это только по государственному заказу. В Рождествено трудится 32 художника реставратора, треть из них — первой и высшей категории. Именно они занимаются самыми сложными, крупными проектами. Так, здесь новую музейную жизнь подарили мамонту Тадибе, восстановили блокадные афиши филармонии Шостаковича, иконостас Троицкого собора Александро-Свирского мужского монастыря.

И вот — новый амбициозный проект. Почти три метра в длину, метр в ширину. Этой иконе более шестисот лет. Образ Святителя Николая Чудотворца из Софийского собора Великого Новгорода. Настоящий вызов для мастеров. В соборе она располагалась на высоте деисусного чина — около пяти метров. А это сложность на начальных этапах исследования. Оценить состояние живописи можно было только на иконостасе, что не дает полной картины. Впрочем, у реставраторов есть подсказки — известно время написания, авторы, и история предыдущих реставраций.

«Вся икона находится под сплошной записью, то есть она в XIX веке, вся живопись, была переписана. Для нас большое счастье, что переписана она была очень деликатно. И очень близко к оригиналу. Но, всё равно, что мы сейчас видим — это живопись XIX века, а не начала, которой она должна быть. И в принципе основная работа в реставрации темперы — это всегда именно раскрытие живописи от позднейший поновлений», — сказал Дмитрий Пейчев, заместитель директора по реставрации музейных предметов «Международного центра реставрации».

Провести его можно только под многократным увеличением. Потому что слой нового покрытия на такой площади неравномерный. Где-то он почти прозрачный.

«Только микроскоп. И качество микроскопа здесь напрямую влияет на качество раскрытия. Да, понятно, что можно пользоваться более простой техникой, но именно техника высокого уровня, с хорошей оптикой позволяет всю эту послойность живописи понимать», — отметил Дмитрий Пейчев, заместитель директора по реставрации музейных предметов «Международного центра реставрации».

Также отреставрируют и металлический оклад образа. Но не полностью. Куда важнее деликатная очистка всей поверхности металла, не снимая его с доски. По прогнозам восстановление иконы займет от полутора до трёх лет.

Такого времени нет у Юрия Старикова. Реставратор высшей категории начинает работу над самым древним экспонатом. Это кости большого пещерного медведя. Млекопитающему из Пермского края почти 20 тысяч лет. Задача — собрать скелет, чтобы посетители музея могли увидеть как выглядело животное.

«Желательно, конечно, такой вот вид внешний, как здесь изображено, то есть он будет стоять на четырех костях, и чтобы не нарушить расположение элементов скелета. Также некоторые моменты предстоит нам восполнить утраченные кости, а также следы предыдущей реставрации убрать, чтобы не так было заметно. Потому что эта поверхность на самом деле гладкая», — сказал Юрий Стариков, заведующий мастерской по реставрации естественно-исторических предметов «Международного центра реставрации», реставратор высшей категории, почетный реставратор Санкт-Петербурга 1 степени.

А эти снимки сделаны под микроскопом. При увеличении реставраторы нашли частички песка в картине Александры Щекатихиной-Потоцкой. На изображении — египетские пирамиды. Поэтому есть и очевидное предположение — этюд художница писала в пустыне, недалеко от чуда света. Как и другие её работы — это масло на бумаге, или картоне.

«Бумага и картон не рассчитаны вообще для такой живописи, для покраски. Поэтому от нас, как от реставраторов требовались междисциплинарные знания в нескольких областях реставрации. Как в графике, так и в масляной живописи. И для каждой работы мы подбирали свой индивидуальный метод», — рассказала Маргарита Рогалёва, художник-реставратор «Международного центра реставрации».

Всего работ 12. Они из коллекции Ивангородского музея. Рядом с картинами — фотографии процесса восстановления. Самая сложная задача — реставрация основы. Бумагу и картон выпрямляли, склеивали, восполняли утраты. В некоторых случаях даже дополняли произведения искусства.

«Сама картина была не в размер рамы. То есть рама была больше. Из-за этого картон, на котором выполнена работа, был деформирован и мог в какой то момент вывалиться из рамы. Посоветовавшись с хранителями, с реставраторами мебели были выполнены вот такие вот деревянные надставки, которые фиксируют работу, и после реставрации позволяют ей находиться в стабильном состоянии», — сказала Маргарита Рогалёва.

В этом году реставраторы из Рождествено планируют восстановить 356 музейных предметов. Их число растёт с каждым годом. Кроме ценностей из Петербурга и Ленинградской области здесь реставрируют экспонаты со всей страны.

«Это и репутационный имидж. Потому что в реставрации его, на самом деле, очень сложно заработать. Это не один и не два и даже не три года. Плюс, конечно, для реставраторов это люди, которым интересно работать с уникальными, ценными предметами. Работа с такими предметами для реставратора — это всегда и большой шанс и большое удовольствие и профессиональный рост», — сказала Татьяна Черняева, директор «Международного центра реставрации».

А один из самых масштабных по количеству предметов проект — восстановление блокадных афиш. 270 музейных единиц. А после — новый вызов. В Рождествено планируют отправить предметы из библиотеки филармонии. Это работа на несколько лет.