Впервые со времён блокады в окнах Исаакиевского собора отразилось зарево пожара. Сказать, что он произошёл в самом сердце Петербурга, — не сказать ничего. Объятый пламенем особняк пылал в 70 метрах от Исаакия. В 300 метрах от Адмиралтейства и на том же расстоянии от Медного всадника. По свидетельствам очевидцев, скорость распространения огня была ураганной.

Здание по адресу Якубовича, 2Б было построено во второй половине 18 века, перестроено в конце 19-го. В модном на то время стиле «эклектика». До 1917 года это был жилой особняк инженера Карла Миллера. После революции дворцовые интерьеры нарезали на квартиры и комнаты. Эта планировка сохранялась вплоть до прошлого года.

В середине нулевых, уже в 21 веке, дом был расселён. В 2012-м продан на публичном аукционе. Его приобрели бизнес-структуры предпринимателя Захара Смушкина. В марте этого года компания-инвестор ООО «ТАС» получила в банке «ДОМ РФ» кредитную линию в 768 миллиардов рублей на комплексную реставрацию с приспособлением под жильё. И на момент пожара в здании вёл работы подрядчик, рассказывает представитель компании-заказчика Елена Гороховская.

Важный нюанс состоит в том, что особняк Миллера с 2021 года был включён в список объектов культурного наследия регионального значения. Со сложными охранными ограничениями и обязательствами. И некоторые эксперты выразили мнение, что пожар — слишком удобный способ от этих обязательств избавиться. Но в случае особняка Миллера профессиональное экспертное сообщество придерживается иной позиции.

А пока на месте пожара работают следователи. И делают первые выводы. Следственный комитет уже отчитался о возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 216-й. А именно «Нарушение правил безопасности при проведении строительных работ».

Судя по информации из паспорта объекта, за работы отвечал генподрядчик ООО «РСК «АСК-СТРОЙ». Компания, которая, как заявили сегодня представители Комитета по охране памятников, раньше не участвовала в реализации крупных реставрационных проектов.

Ещё раз обратим внимание. Многие очевидцы заметили, как быстро распространилось пламя. Эксперты по пожарной безопасности высказывают осторожные предположения на этот счёт. Первое — в давно расселённом здании не было и быть не могло систем пожарного оповещения. Второе — неизвестно, насколько горючие строительные материалы там хранились и насколько правильно они хранились.

Эксперт фонда пожарной безопасности Константин Кузнецов поясняет — важный факт сыграло и то, что стандартом для времени строительства было деревянное заполнение перекрытий. И если огонь распространяется по ним, заметить его со стороны в пустующем здании почти невозможно.

Да, последствия пожара ещё только предстоит оценить. Даже без экспертизы можно утверждать — они будут масштабными. Но здание будет восстановлено полностью, о чём уже официально заявил губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов.

И у реставраторов будет, с чем работать, рассказывает председатель Комитета по охране памятников Алексей Михайлов. Подрядчику удалось ещё до пожара демонтировать и вывезти часть декоративных элементов. В остальном специалистам помогут данные и чертежи, собранные по особняку Миллера за десятилетия работы.

И необходимый опыт у Петербурга есть. Стоит вспомнить подвиг реставраторов Ленинграда, которые 80 лет назад восстановили многие архитектурные шедевры буквально из руин. И вопрос не в том, восстановят ли особняк Миллера. Восстановят, сомнений нет. А в том, как не допустить подобного в будущем. И план работы в этом направлении уже есть.

А пока в самом сердце Петербурга закопчёнными окнами, выходящими на Исаакиевский собор, зияет рана. Как напоминание о том, насколько хрупка ткань исторической застройки Петербурга. Нашей исторической памяти, которую мы можем потерять вот так. Из-за случайной искры или преступной халатности.