На очереди — традиционное интервью. Сегодня наш гость — Борис Пинхасович, солист Михайловского театра, оперный певец, прославленный выступлениями на лучших оперных сценах мира… суховато так представлять музыканта, я всегда ищу какие-то яркие слова. Насколько приятно запустить руку в корзину чужих находок образности и выудить перл: «Обладатель тембра элегантной благородности» — правда, лучше, чем просто «баритон»? Или вот — «мастер вокального перевоплощения». Это — можно сказать — квинтэссенция западной прессы, которая практически всегда восторженно отмечает искренний драматический накал его ролей. Из недавних — заглавная партия в «Евгении Онегине», громкой постановке этого года парижской оперы Гарнье режиссера Рэйфа Файнса. Что еще. Ну, продолжая журналистскую канву ярких парадоксов, Борис любит повторять, что его погружение в музыку началось еще до рождения. Его родители — дирижеры. Мало того, сам он не очень любит применять к себе слово певец, вокалист. Его первое консерваторское образование также дирижерское — и структурное мышление — основа его работы. К слову, Борис Пинхасович был дирижером любительского коллектива — Симфонического оркестра Дома ученых имени Горького. Ну, наверное еще одну краску — как и всем баритонам, Борису часто приходится исполнять роли злодеев, и они ему нравятся. Вернее, нравится их страсть. Она — основа драмы, его Энрико — мстительный брат Лючии ди Ламмермур в «Ла Скала» ждал оглушительный успех: аншлаги, неистовый восторг прессы. Впрочем об этом я уже говорил. А с Борисом Пинхасовичем беседовал Павел Богданов.