Ваш браузер не поддерживает элементы с видео.
В ноябре 2024 года 77-летний петербуржец Константин Путяков скоропостижно скончался. После него осталась четырёхкомнатная квартира на улице Благодатной. Племянник Сергей Сувалов — единственный прямой наследник — спустя положенное время решил оформить жилплощадь на себя. Но не тут-то было.
— Вот та самая квартира. Дверь стоит уже новая. Поменянная.
Оказалось, ещё в 22-м году квартира перешла в собственность другого человека. За пожизненную ренту.
За это тот якобы заплатил инвалиду Путякову два миллиона рублей. А сделку заверил нотариус. Хотя ни о чём подобном дядя племяннику не рассказывал.
«Дядя проживал здесь достаточно скромно. Один. Очень был неконтактный человек, потому что он боялся всё время за свою жизнь. Держал в коридоре дубину специальную, чтобы в случае, если к нему вломятся, он мог себя защитить», — рассказал Сергей Сувалов, истец-наследник.
«Покойный родственник моего доверителя страдал неизлечимым психическим заболеванием. Он неоднократно проходил длительное лечение в стационарных условиях, в учреждениях специализированного типа», — отметила Евгения Пономарёва, представитель истца-наследника.
Согласно договору, плательщик ренты обязан был ежемесячно отдавать 10 тысяч рублей владельцу жилплощади до его кончины. Племянник этих денег не видел. И хотя последние годы жизни проживал отдельно, по сути, содержал своего родственника: оплачивал коммунальные услуги, покупал продукты. И даже гасил мелкие кредиты, которые дядя набрал тайком от всех. Похороны оплачивал тоже единственный наследник, хотя это обязанность плательщика ренты, что указано в договоре.
«Он никого к себе не подпускал. У меня сразу возникло, как только мне сказали, что оформлен договор ренты у нотариуса, я говорю: «Быть не может!», потому что он не говорил, и никого к себе близко не подпускал. Мы тут же поехали в правоохранительные органы, обратились во все, какие только можно: в прокуратуру, в отделение полиции», — добавил Сергей Сувалов, истец-наследник.
Выяснилось, что за истекшие полгода после смерти владельца квартиру на Благодатной таинственный обладатель жилплощади подарил какой-то женщине. А та, в свою очередь, продала её третьему лицу.
«Последнего приобретателя никак нельзя назвать добросовестным, потому что, во-первых, он приобрёл квартиру после того, как было зарегистрировано исковое заявление в Московском районном суде. А во-вторых, покойный Путюков не был выписан из квартиры», — поделилась Евгения Пономарёва, представитель истца-наследника.
Сергей решил искать справедливости в суде. Но за целый год ни один из трёх ответчиков на заседания не явился. Юрист, представляющий интересы некоего господина Айвазяна (заключившего договор ренты с недееспособным пенсионером), не зарегистрирован в реестре адвокатов Минюста. Несколько лет назад он оказался в центре скандала, связанного с некачественным оказанием юридических услуг.
Свидетелем со стороны господина Айвазяна проходит бывшая одноклассница покойного. Она же — риелтор, которая 10 лет назад помогла Константину Путякову оформить квартиру в наследство после смерти его матери. Представитель истца считает, что это — не случайность.
«После её помощи родственники в квартире не обнаружили документы о собственности, которые восстанавливали. На тот момент они не связали эту историю в одно целое. Но когда эта дама появилась у нас в судебном процессе в качестве свидетеля на стороне ответчика, вот тогда мы получили полную картину произошедшего», — подчеркнула Евгения Пономарёва, представитель истца-наследника.
Но это — не все странности дела.
«Когда в результате всех судебных заседаний до меня дошла информация, что можно ознакомиться с договором ренты, я прямо так и попросил у адвоката посмотреть договор ренты. Она мне даёт копию. Я извиняюсь: «Я не знаю, как пишет мой дядя? Я сразу говорю: это не его подпись и не его почерк», — рассказал Сергей Сувалов, истец-наследник.
Такое же заключение дали независимые эксперты-почерковеды. Своё слово сказали и психиатры, которые по поручению суда оценивали дееспособность пенсионера.
«Группа экспертов показала, что он не осознавал характер своих действий при подписании данного договора ввиду своего психического заболевания», — добавила Евгения Пономарёва, представитель истца-наследника.
Племянник не теряет надежды на то, что суд разберётся в этом деле и квартиру у нынешнего владельца изымут.